Это означает, говорят сторонники такой позиции, что мы можем непосредственно заниматься только евангельским поручением: спасать души для будущего мира. Мы также можем делать косметическую уборку и перевязывать раны, заботясь о людях, которые оказались на дне. Но мы не будем трогать структуры, которые породили этих несчастных и удерживают их в таком положении. При подобном дуализме христианин отказывается от непрерывно совершающейся работы исцеления — от работы Отца в созданном Им мире, Сына, уже ставшего Господом мира, и Духа, Который (или тут лучше сказать «которая»?) внутри этого мира стонет вместе с ним в родовых муках."
"Обе позиции несправедливы — в любом смысле этого слова — по отношению к призыву Павла твердо и непоколебимо совершать дело Господа, зная, что наш труд в Господе не будет тщетным. По мнению всех первых христиан, воскресение Иисуса уже показало людям, что Он есть Мессия Израиля и истинный Господин мира. Это, как мы уже видели, важнейший момент в цельной картине их представлений. И если мы тоже в это верим и в молитве просим, как Иисус научил нас, о том, чтобы царство Божье наступило и на земле, как и на небе, то мы просто не имеем права соглашаться с вопиющей несправедливостью в нашем мире. Мы должны признать (как это делают сторонники второй позиции), что все будет окончательно исправлено только лишь в последний день. И потому нам следует избегать напыщенного триумфализма сторонников первой позиции и не воображать, что мы способны построить это царство своими силами без великого завершительного акта нового творения. Но мы должны согласиться с первой позицией в том, что христиане несут ответственность за обеспечение справедливости в мире, а это позволит нам избежать пораженческих настроений тех, кто говорит, что не стоит даже и пытаться что–то изменить.
Как я понимаю, важнейшая задача для нашего поколения, по масштабу и актуальности равнозначная проблеме рабовладения двести лет назад, — ликвидация вопиющего экономического неравенства в мире, главный символ которого — гигантский долг Третьего мира, который выплатить совершенно невозможно. На протяжении последних лет я не раз выступал на эту тему, и мне кажется, что некоторые из нас, подобно Вильберфорсу, выступившему против рабовладения, призваны не давать окружающим ни минуты покоя до того момента, пока эту проблему не начнут воспринимать всерьез. И тогда можно действительно изменить наш мир. На эту тему написано немало хороших книг, и здесь я не намерен вдаваться в подробности. Я только хотел высказать свое убеждение в том, что это — нравственная проблема номер один для наших дней. Конечно, сексуальность чрезвычайно важна, но глобальная несправедливость стократ важнее.