Главная тайна Библии. Смерть и жизнь после смерти в христианстве — читать онлайн бесплатно полностью

Да, мы не можем ничего изменить во многих ситуациях на земле, когда нам остается только молиться. Но существует часть мира, часть физической реальности, на которую мы можем повлиять — это часть творения, которую мы называем «самими собой». Личная святость и святость общества связаны неразрывно. Те, кто пробудились к одной из них, чувствуют призвание пробудиться и к другой. Именно об этом мы и будем говорить в следующей, последней, главе.

15. Церковь, готовая к миссии (2):

жизнь из будущего

1. Введение: празднование Пасхи

И так, каким же образом нам научиться жить в состоянии полного бодрствования, жить как народ Пасхи? У меня есть на этот счет свои предложения.

Я пришел к убеждению, что многие церкви год за годом отодвигают от себя Пасху, и умоляю задуматься, как мы — и в церкви, и по отдельности — можем жить согласно вере, которую провозглашаем. Я буду говорить о церкви, которая мне лучше всего знакома. Те, кто празднует воскресение иначе, смогут, я надеюсь, найти тут что–то ценное для себя, внеся нужные поправки. "

"Начнем с самого пасхального дня. Многие церкви сделали огромный шаг вперед, когда начали праздновать Пасху ночью, как то всегда делала Православная церковь, но во многих случаях это торжество совершается достаточно банально. Пасха — это наивысшее выражение восторга перед творческой силой Бога; быть может, это нужно не всем англиканам, но нам, по крайней мере, следует кричать «Аллилуйя!» изо всех сил, а не просто бормотать себе под нос, нам нужно зажечь каждую свечу в храме, а не дюжину, нам надо раздать в руки каждому присутствующему — мужчине, женщине, ребенку — по свечке, надо устроить настоящий фейерверк и все окропить водой, ибо таким образом мы обновляем наши крещальные обеты.

Любое отступление от такого чина ведет нас к бесплотной или эзотерической Пасхе, но это событие никогда не было таковым. Реальный Иисус вышел из настоящей могилы, и за Ним к нам пришло реальное новое творение.

Но самую тяжелую проблему, на мой взгляд, представляет собой следующий понедельник.

Мне кажется абсурдом, что мы проводим сорок дней Великого поста, обдумывая его смысл, проповедуя самоотречение, напуская на себя отрешенный вид, а затем переживаем его кульминацию — Страстную неделю, в которой есть также своя кульминация — Великий четверг и Страстная пятница… чтобы потом, после загадочного дня Великой субботы, попраздновать Пасху один–единственный день.

Конечно, воскресные дни после Пасхи посвящены этому событию.