Я, словно белка в колесе, решил вздохнуть и отдохнуть ненадолго. Состав крутого караула — взвод из нескольких отдельных рот шестой стрелковой заставы. Наследники усталости по очереди дежурили два часа, пока один не заменял другого и не спускался в подвал. Так жила привычная жизнь — до тех пор, пока не пришло время меня....
– А потом случилось самое ужасное. Все, кто пропал до этого, все до единого, вернулись обратно. Но это уже были не люди. Точнее люди, но не совсем. Ледяные люди. У них не было крови, и они были не живые. Но и не мертвые. Они возвращались к нам только в самую холодную непогоду, в буран, когда очень холодно и плохая видимость. Убить их можно только одним способом – отделить голову от туловища. Что я и делал много раз.
– Минуточку! – запротестовал Кошевар, сурово сдвинув брови. – Ты говоришь, что ледяного человека можно убить, только отделив голову от тела, тогда какого черта ты обезглавил моего бойца, который мужественно погиб на посту? Он не был ледяным человеком! По-моему, ты заврался окончательно.
– Из-за этого! – Монгол кивнул на костяной дротик в руках Шелепина. – Это сорун – летающий коготь Дабара. Все, в кого он попадает, становятся ледяными!
– Да ладно? Так уж и все? – гневно стал заводиться Кошевар. – Что за бред?
– Погоди, Петр Ильич, дай ему закончить, – остановил Шелепин.
Монгол впервые с момента нашей встречи зло ухмыльнулся и презрительно поджал губы, снова посмотрев на окно, за которым громко завывала снежная метель.
– Абас демон. Рукотворная мерзость и творение Дабара. Его создание и его самое преданное животное, если, конечно, к нему можно применить это слово. Даже ледяные люди обходят Абаса стороной. Он монстр, чудовище, именно из-за него мы были вынуждены покинуть заставу.
– Как же ты тогда выжил? – с подозрением спросил Кошевар."
"– Нашел теплую пещеру с горячим источником, тут неподалеку. Сюда возвращался за припасами и за дровами, все равно находиться здесь смертельно опасно. Абас не дремлет.
– Погоди, то есть ты хочешь сказать, что остался один из всего гарнизона?
– Так точно, товарищ генерал. Именно что один.
