Я, словно белка в колесе, решил вздохнуть и отдохнуть ненадолго. Состав крутого караула — взвод из нескольких отдельных рот шестой стрелковой заставы. Наследники усталости по очереди дежурили два часа, пока один не заменял другого и не спускался в подвал. Так жила привычная жизнь — до тех пор, пока не пришло время меня....
При обстреле погибли двое – один осназовец и рядовой погранслужбы, находившийся в тот момент на посту, который попал под особенно интенсивный минометный обстрел в первую минуту нападения.
Монгол, смутившись от пристальных взглядов людей, еще совсем недавно чуть к стенке его не поставивших, неохотно протянул генералу свой опустошенный ППШ, но тот, не обращая внимания, подошел и крепко приобнял его за плечи.
– Спасибо за службу, сынок! Прости старика, что не поверил тебе. Да кто вообще в здравом уме мог поверить в твои рассказы? Я и сейчас не верю.
– Служу Советскому Союзу и трудовому народу, товарищ генерал! – выпалил Монгол и непроизвольно встал по стойке смирно, вытянув руки по швам.
– Вольно! Хорошо служите, товарищ Дорсун Тойтох, но предстоит еще лучше! Буду ходатайствовать по возвращении о достойной награде и повышении в звании до старшего сержанта. Эта зверюга и есть… как его, дьявола, зовут… Дабар?
– Никак нет! Дабар, если бы оказался здесь, так просто не ушел.
Кошевар довольно переглянулся с Булганиным и Шелепиным.
– Товарищ генерал. Нужно уходить отсюда, – чуть помедлив, сказал Монгол. – Абас злобный дух, но он непременно вернется и будет возвращаться, пока всех не поглотит. Я уверен, что и Дабар бродит где-то неподалеку, он, как опытный охотник, любит загонять добычу, наслаждается погоней, нападать в лоб – не его метод.
– Ты знаешь, где искать глушилку? – тут же ухватился за его слова Шелепин.
Монгол пристально посмотрел перед собой, мысли его бродили далеко от этих мест."
"– Только догадка.
