Я, словно белка в колесе, решил вздохнуть и отдохнуть ненадолго. Состав крутого караула — взвод из нескольких отдельных рот шестой стрелковой заставы. Наследники усталости по очереди дежурили два часа, пока один не заменял другого и не спускался в подвал. Так жила привычная жизнь — до тех пор, пока не пришло время меня....
Циклон ушел в сторону Японии, унося с собой шквальный ветер и снег. И хоть небо еще было хмурым и неприветливым, легкий ветерок и полное отсутствие осадков наполняли сердца людей радостью и уверенностью. Начинались пробные стрельбы из танковых пушек и поездка на небольшое расстояние, чтобы убедиться, что оба танка на ходу и могут двигаться.
– Петр Ильич, второй танк к бою готов! – доложил по рации веселый голос Чердынцева. – Машина зверь! Давненько я не управлял такой мощью! Экипаж жаждет крови и мести.
– Побереги радость на потом, Виктор Семенович! У тебя неполный экипаж, не забывай. Как самочувствие лейтенанта Серова?
После паузы подполковник снова вышел в эфир.
– Так себе. Почти все время в беспамятстве, нога распухла и воспалилась. Пусть у меня и неполный экипаж, и всего один заряжающий, зато запала и энергии хватит на троих!
– Это хорошо. Очень хорошо. Ты вот что, Витя, не беги слишком резво вперед паровоза, а то о пень споткнешься и нос расшибешь. Держись рядом со мной, но и сильно не отставай.
– К бою готов! – браво доложил Булганин, он же стрелок-наводчик.
– Готов! – эхом отозвался Монгол, ставший заряжающим.
– Мои тоже все готовы, товарищ генерал! – последним отрапортовал Чердынцев.
Остановив свою боевую машину у крутого спуска с сопки, генерал не без труда выбрался по пояс из люка механика водителя, приветливо помахал, а после и отдал честь ползущему справа от него второму танку.
Чтобы добраться до перевернутого вездехода и залить в танки полные баки дизельного топлива, ушло примерно часа полтора.
– Принято! Через минуту открываем огонь. Беглый. Осколочно-фугасный. Товсь!
Генерал Кошевар не без труда перебрался с места механика-водителя в башню.
