Лиза возвращается из командировки и застает любимого с другой женщиной. После разрыва она пытается начать новую жизнь, но прошлое продолжает преследовать её. Ей предстоит понять, готова ли она к настоящей любви и сможет ли найти человека, достойного её доверия и будущего.
– Вроде парень такой серьезный. Ты только, самое главное, не расклеивайся. Держись. Что ж теперь поделаешь? Уже ничего не изменишь. В твоей квартире сейчас тихо.
– Татьяна, я вот что хотела спросить…
– Спрашивай.
– Понимаешь, у меня до сих пор словно туман перед глазами. Я все произошедшее в голове прокручиваю, а толком вспомнить ничего не могу.
– Лизка, хватит оправдываться. Говори прямо.
– Помнишь, когда мы с тобой на лестничной площадке встретились, я еще тогда сумку на подоконнике оставила?"
"– Конечно, помню. Ты в квартиру следом за милицией пошла, а я мусорное ведро вынесла, увидела, что твоя сумка осталась без присмотра, и занесла ее к себе в квартиру. Я хотела сначала ее тебе сразу отдать, но потом подумала, что тебе в тот момент было не до сумки, и решила вернуть ее как только все закончится.
– А ты дома одна была?
– Конечно, – не раздумывая, ответила женщина. – А с кем я могла быть? Ты же знаешь, что я живу одна.
– Мало ли. Может, в гостях кто-то был.
– Да не было у меня никого. Сын уже давно не появляется, да я ему и сама запрещаю приходить, а то его сразу в армию заберут. По его душу из военкомата каждую неделю являются. Я костьми лягу, но своего единственного сына в армию не отдам. Муж умер, я осталась с ребенком на руках. С меня хватит! Сына сберегу, потому что он единственное, что мне дорого в этой жизни. Больше не для кого жить.
Я поняла, что затронула больную для Татьяны тему, и постаралась ее отвлечь.
– Татьяна, я все понимаю, и ни в коем случае тебя не осуждаю. Если бы у меня был сын, я бы поступила точно так же. Сейчас совсем не та армия, которой можно гордиться. Или наши сыновья погибнут, или станут инвалидами от побоев «дедов». Я просто хотела уточнить, не был ли у тебя в квартире кто-нибудь из друзей?
– Я же сказала, что у меня никого не было, я была одна. Лиза, какие друзья, о чем ты говоришь? Друзья еще могут быть в твоем возрасте, а в моем с каждым годом их становится все меньше и меньше. Каждый год жизни учит нас не слишком доверять людям и уже не позволяет нам открывать свою душу.
Я поняла, что Татьяна просто горит желанием говорить как можно дольше. В свою очередь, мне хотелось поскорее завершить разговор, поскольку я звонила с мобильного сестры.
– Татьяна, как ты думаешь, а моя сумка без присмотра долго лежала на подоконнике?
– Нет, не долго. А что случилось-то?
– Да ничего страшного, просто у меня кошелек пропал, – не моргнув глазом, соврала я.
– Кошелек?! А много денег в нем было? – переполошилась Татьяна.
