Однако лэрг Турин из Истинного Великого Дома Сумеречных, вовремя предупредил гарнизон. В результате пять животных удалось перехватить, остальных, к сожалению, уничтожили. И еще, я вчера лично и прилюдно даже в моих владениях дал право глэрду вершить закон.
— Все ли так, глэрд? — Император был доволен.
— Да.
— Тогда продолжай.
— После такого вероломства со стороны остроухих, я, пока виновники не разбежались в разные стороны, как застигнутые врасплох мроки, учел все обстоятельства и, согласно Кодексам, взял правосудие в свои руки.
И наказал их согласно нашим Законам, а не всяких там… — сделал вид, что сдержался, чтобы сплюнуть, а затем заговорил с яростью, тиская рукоять моргенштерна, «невидимые» охранители мгновенно метнулись, вставая между мной и монархом, — Эти млети приходят уже к Истинным в дома, как к себе, пытаясь убить почти в открытую… В Империи! Приносят в жертвы Раоносу наших детей, за счет нас становятся сильнее… Мыслимо ли это⁈ Это плевок! На всех нас! И должны умереть все, кто не чтит наших законов, находясь у нас же, — сделал вид, что беру себя в руки, обвел всех взглядом, заговорил спокойнее, — И я считаю, что был в своем праве.
— Мы тебя услышали. Что скажет Совет?
Совещались недолго, меньше минуты.
— Глэрд Райс в своем праве!
— Поддерживаю, и считаю так же. Более того, Истинные, раз Хранители проснулись, то вы тоже о долге не забывайте. Что же до остроухих, которые выкатили жалобу… Мы подумаем, и они заплатят. Дорого заплатят.
Помолчали. Император жестом приказал мне оставаться на месте:
— У нас еще одно дело на повестке.
Вчера поздно вечером эрлглэрд Нихан глава Великого Дома Изумрудных драконов Эниистра покончил жизнь самоубийством. Повесился. Его прямой и единственный наследник Данхан. Для тех, кто не знал, сегодня должен был состояться Поединок чести между покойным и глэрдом Райсом за силу и кровь. Пусть наследник Дома войдет!
Он был на папашу не похож лицом, но такой же массивный, хотя больше напоминал Турина или великого герцога. Двигался легко, смотрел чуть исподлобья.
От него исходила опаска, настороженность. Да, он мне не противник. И он об этом знал. Поприветствовал всех. Я тоже ответил.
— Эрлглэрд Данхан, есть ли у тебя претензии к глэрду Райсу?
— Нет, ни единой.
— А у тебя, глэрд Райс? — для гостя момент истины, напрягся весь. Пауза затягивалась, я внимательно и сурово смотрел на визави. Затем:
— Император, я хочу задать ему один вопрос.
— Хорошо! — тот тоже занервничал. Чтение эмоционального фона — вещь.
