Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Глубокое течение»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Иван Петрович Шамякин Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Так вот он — представитель! — воскликнула она и, взяв его за руку, закружила вокруг себя.
— Так это ты? Ты — представитель? — спрашивала Татьяна.
Она не знала этого, так как и Буйскому и Майбороде Лесницкий приказал пока что не называть имени представителя — не хотели волновать раненого Карпа Маевского, да и вообще считали самым благоразумным молчать о нем, пока он где-то блуждает.
— А тебя весь отряд ищет. И комиссар пошел, и командир, и Андрей. Все, все…
Вокруг них собирались партизаны.
Николай увидел их приветливые, светлые улыбки, радостные лица и почувствовал себя счастливейшим человеком. А когда из землянки вышел отец с забинтованной головой и, молча обняв сына, заплакал, Николай тоже не смог сдержать слез.
Только один человек не вышел навстречу гостю — врач Алена Григорьевна Зайчук. Увидев его через открытую дверь, услышав знакомый голос, она зашла за перегородку и, побледнев, неподвижно стояла в углу. В эти минуты перед ней, как на экране, проплыла вся ее жизнь, ее любовь, ее молодость.
…Началась она, их любовь, еще в девятом классе, когда они сидели на одной парте. С чего началась — трудно сказать. Они ходили в школу за семь километров. И вот в один из дней, когда других учеников из их деревни в школе не было и они возвращались домой вдвоем, Николай начал говорить о своей любви. Говорил он, правда, очень туманно и ни разу не упомянул слова «любовь», но она поняла все. Тогда Алена ничего ему не сказала, но с того дня смотрела на него совсем другими глазами. И началась для них не жизнь, а сказка, песня. Что им было до насмешек товарищей и взрослых! Они слушали и только радовались, что люди говорят о их любви. Они считали свою любовь необычной, самой красивой и лучшей на свете.
Так прошло полтора года. Потом разъехались: она уехала в Минск, он — на Урал. По первым письмам казалось, что быстро, легко, не изменив их отношений, пройдут эти годы разлуки. Но все реже стали приходить его письма, все холоднее становились они, в одном из них он как-то написал, что с трудом вспоминает ее лицо, движения, голос. Все больше места в этих письмах занимали его дела — незнакомый ей мир геологических изысканий. И она — сперва невольно, потом нарочно — стала отвечать ему короткими, сухими письмами, в которых он мог бы, если бы захотел, прочитать отчаяние, беспокойство за будущее, гаснущую надежду. Но он ничего не замечал или не хотел замечать.
