Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Глубокое течение»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Иван Петрович Шамякин Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки книг книжные серии
Прочь ты из моего сердца, прочь навсегда! Не место тебе, больше в нем!»
Уже не озираясь, подошел он к хате и постучал в дверь.
Они долго не откликались, видимо испуганные неожиданным стуком.
Карп постучал еще раз.
— Кто там? — дрожащим голосом спросила Пелагея.
Она открыла, вскрикнула и хотела обнять мужа
Он отвел ее руки и спокойно попросил:
— Какого Матвея? Что ты мелешь?
— Матвея Кулеша из твоей каморки. Мне надо поговорить с ним, — И, увидев, что она окончательно растерялась, позвал сам: — Матвей Денисович, будь ласков, выйди на минутку.
Пелагея обиженно пожала плечами.
— Так зайди уж в хату. Там и поговорите.
Карп молча отошел в сторону и стал ждать.
Кулеш собирался очень долго, наконец вышел.
Карп даже при лунном свете увидел, что лицо его было необычно белым, а нижняя губа нервно дрожала.
— Отойдем, — сказал Карп и пошел первым.
Кулеш перелез через загородку и споткнулся.
— Я дальше не пойду.
Карп понял, что тот боится идти, и разозлился на него.
— Не бойся. Иди сюда, — он присел на гряду, в высокую ботву. — Что ж, поговорим и тут. Я коротко. Меня наше командование направило к тебе как к человеку, который уже доказал свою преданность.
Лицо Кулеша заметно потемнело.
— Ты, может, знаешь, что старосту вашего, холуя этого — Хадыку, наши хлопцы изловили и позавчера расстреляли, по приговору суда, как изменника родины? Гитлеровцы назначат нового старосту. Было бы очень хорошо, кабы ты сделался старостой. Великое дело иметь своего человека на такой должности — ты же сам понимаешь…
Обрадованный Кулеш схватил руку Маевского и пожал ее.
— Карп Прокопович, от всего сердца благодарю всех вас… за доверие, за то, что не забыли мою маленькую услугу. Эх, давно уж я с вами душой и сердцем. Неделю шукал вас по лесу, но попал к чертям лысым. Хорошо, что вашего хлопца узнал, а то я бы вместе с этими бандюгами ни за что, ни про что удобрял мать-земельку. Как подумаю, аж мороз по коже дерет. Но зато я еще больше уверился в вашей силе. Как вы здорово их, хи-хи… И я… я хоть сегодня, хоть сейчас в отряд с тобой пойду. Первым партизаном буду. Но Для такого Дела не подхожу я, Карп Прокопович. Не выйдет у меня. Артист я плохой. Боюсь — сам провалюсь и других провалю. Да и люди загрызут меня, женка живым съест. Не могу.
— Боишься? — коротко спросил Карп.
— Боюсь… но не за себя, Карп Прокопович. Не за себя… За дело.
— Ну что ж, я свое выполнил. Так и скажу начальству.
