Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Глубокое течение»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Иван Петрович Шамякин Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Татьяна переправилась через Днепр во время войны, пережив ужасы и опасностей. Она и другие беженцы шли к дому, но на пути их ждали смертельные угрозы. Возникает напряжение между выживанием и неизвестностью, когда путь домой становится еще более опасным.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Болеет он от страха…
— А, лихо на него! Среди наших людей один негодяй паники' не сделает. Не те люди, Павел…
Лесницкий немного помолчал и уже другим, более спокойным голосом ответил:
Это правильно. В это я и верю. Но нам с тобой сейчас, как никогда, надо быть бдительными. А поэтому нам нужно быть вместе. Больше пользы будет.
Во время блокады они встречались только тогда, когда была необходимость что-нибудь обсудить. А обычно находились на разных участках обороны, в разных отрядах: нужно было вдохновлять людей, руководить обороной, тем более, что в самом начале блокады были тяжело ранены два старых командира отрядов: Жовна и Плющай. Но Приборный без настойчивого и рассудительного во всяком деле Лесницкого чувствовал себя как-то неуверенно, не на месте.
Конец этого дня они провели вместе. Побывали в отрадах, осмотрели позиции, навестили раненых и больных, подсчитали боеприпасы. И вообще основательно взвесили свои силы. А когда стемнело, пришли на берег и сели на ветви поваленной снарядом сосны, накинув сверху трофейную плащ-палатку. После долгой и душной жары вечером прошумела гроза, небо затянуло тучами и пошел мелкий, теплый майский дождь. Он ласково барабанил по парусине, шумел на реке.
Воздух был наполнен ароматом смолы, запахом сухих листьев, речной тины и гнилого дерева.
— Единственное место, где, кажется, не пахнет кровью, — заметил Приборный.
Лесницкий не ответил.
Кругом было спокойно. Только за спиной у них щелкали редкие выстрелы да время от времени густую темноту ночи рвали немецкие ракеты. Где-то залаяла собака, заржала лошадь. Как бы в ответ на эти звуки, кинжал прожектора лизнул поверхность реки и в течение нескольких минут осторожно ощупывал партизанский берег. Потом, когда он потух, с другой стороны долетела пьяная песня.
— Балуются, сволочи. Здорово они прижали нас, — снова начал разговор Приборный.
— Да-а… И, очевидно, нам нужно вырываться своими силами.
— Двести человек раненых, столько же больных. По двадцать патронов на здорового бойца и по две гранаты. Задача сложная…
— Но и помощи ждать рискованно. Если Адлер снова начнет атаковать нас с такой же силой, как в первые дни, — мы не выдержим. Будем смотреть правде в глаза. Нужно прорываться…
— Где? Где у них слабое место? Куда бить? — задал сразу несколько вопросов Приборный. — Никогда еще мы не были такими слепыми. Ни один разведчик не возвращается. Неужели все погибли? А знаешь, все может быть. Немцы могли километров на десять по течению часовых поставить. Хитрый дьявол — Адлер этот. Недооценили мы его…
— Но — душа из него вон! — нас ему не перехитрить, — Лесницкий нервно сломал толстую ветку, она треснула, как пистолетный выстрел, — Приборный даже вздрогнул от неожиданности.
