В холодном кабинете Большого Босса все еще царило напряжение. Каждый звук казался сигналом, а каждая мысль — шагом вперед на верную участь. Я всхлипнула, понимая, что выбора у меня уже нет. Взгляд в серые глаза Босса доказывал: теперь я точно попала в капкан.
За моей спиной встал Большой Босс – как обычно, он был в деловом костюме, и я засмотрелась на нас. Да, это платье идеально подходило под его стиль. Строгость, выдержанность, элегантность. Но в том-то и дело, что платье подходило, а я нет. Дмитрий Анатольевич собрал мои волосы в хвост, а затем аккуратно перекинул их на одно плечо. Он оглядел меня с удовольствием, смешанным с чем-то еще, собственническим и пугающим. Я опустила глаза, пытаясь скрыть румянец, от смущения заливший мое лицо. Рядом с ним должна стоять модель, а никак не я, коротышка, ниже его на целую голову.
– Переодевайся, нам еще обувь надо тебе купить.
Я кивнула, подчиняясь. Спорить не было сил. Уже настало время обеда, а я все никак не решалась спросить – будем мы есть или нет? В принципе, я могла пообедать и в салоне машины, но решила, что это неприлично.
Выйдя из примерочной, я залюбовалась Больший Боссом, стоящим с фирменным пакетом в руках, в котором угадывались очертания коробки. Я тепло попрощалась с продавцом. Девушка мне понравилась – благодушная и очень милая.
На улице я осмотрелась, пытаясь угадать, куда мы теперь направимся. Но Дмитрий Анатольевич приказал сесть в машину. Ему кто-то позвонил, и он, молча выслушав собеседника, ответил: «Ясно» и отключился.
– Я отвлекаю от работы? – с затаенной надеждой спросила я, но ответ меня не порадовал.
– Сам справится, – сказал как отрезал мой босс, устраиваясь рядом на заднем сиденье. Коробку с платьем водитель убрал в багажник, и только затем мы тронулись с места.
– А мы заедем пообедать? Или, может, прямо здесь? Я с собой взяла, – заискивающе спросила я и продемонстрировала пакет, который все время поджидал нас в машине.
– А что там? – проявил интерес Дмитрий Анатольевич, разворачиваясь ко мне всем корпусом."
"– У папы вчера была ностальгия по армии, и он попросил приготовить ему плов.
Большой Босс усмехнулся, а я открыла крышку бокса и протянула вилку.
– Суровая у тебя мама, – восхитился начальник.
Я улыбнулась и решила оправдать ее:
– Просто она не любит, когда критикуют ее стряпню. И папа об этом прекрасно осведомлен, но как придет из рейса, всегда вредничает, а мама обижается.
