В холодном кабинете Большого Босса все еще царило напряжение. Каждый звук казался сигналом, а каждая мысль — шагом вперед на верную участь. Я всхлипнула, понимая, что выбора у меня уже нет. Взгляд в серые глаза Босса доказывал: теперь я точно попала в капкан.
Возможно, ей нужно время, чтобы осознать всю серьезность его намерений. Воспитание порой мешает в любовных делах. Заинтересованность к себе он заметил сразу, как только сказал ей о своих чувствах. Любопытство, интерес, недоверие – все это прочитал Дмитрий в глазах, голубых, как самое чистое небо.
Протяжно вздохнув, мужчина убрал смартфон на тумбочку и поправил одеяло, пытаясь успокоить свои фантазии. Она спит или нет? Может, ждет его, так же нервничает, сидит на кровати.
Чтобы развеять сомнения и утолить любопытство, Дмитрий неслышно вошел в гостевую спальню, тщательно вглядываясь в темный силуэт Люды.
Она спала и не думала о нем, не нервничала и не гадала – придет, не придет. Она доверяла ему и сладко спала, подложив руку под подушку. Темные волосы разметались по плечам, несколько прядей упало на лицо.
Дмитрий не удержался и осторожно убрал локоны, разглядывая тонкие черты лица Люды. Она была красива, своей красотой, не эталонной. Прямой нос, пухленькие губки, четкие дуги бровей. Хорошенькая, трепетная, наивная. Мужчина улыбнулся своим мыслям и воспоминаниям о том, сколько эта с виду хрупкая девушка ест. Аппетит у нее был отменный, и Дмитрия подкупала ее беззастенчивость в вопросе еды. Казалось бы, Люда помешана на ней. Она могла часами говорить о блюдах, рецептах, о смешных случаях, которые тоже были связаны именно с едой.
Готовить Дмитрий научился потому, что заставила нужда. Да и холостяцкая жизнь обязывала. Еще в бытность студентом он уяснил простую истину: хочешь есть – приготовь сам.
