В холодном кабинете Большого Босса все еще царило напряжение. Каждый звук казался сигналом, а каждая мысль — шагом вперед на верную участь. Я всхлипнула, понимая, что выбора у меня уже нет. Взгляд в серые глаза Босса доказывал: теперь я точно попала в капкан.
Ну зачем, зачем он ей вот так сразу в лоб сказал об этом! Я еще ничего не решила, не дала согласия, а он выливает такую информацию на неподготовленных родителей!
– Привет, папа, – робко шепнула я отцу, закрывая за ним дверь, затем указала на Босса и еле слышно произнесла, понимая, что сейчас разразится буря. Папа был почему-то не в настроении. – Познакомься с Дмитрием Анатольевичем.
Это оказались самые страшные и нервные полчаса в моей жизни. Папа и Босс заперлись в гостиной поговорить по-мужски, а мы с мамой ждали на кухне.
– Он симпатичный, – заметила мама, поглаживая меня рукой по спине. Я же прислушивалась к мужским голосам за стенкой и нервно сжимала чашку с горячим чаем. – Взрослый и решительный.
Я кивнула. Да, это я и сама знала, как и то, что папа вряд ли запугает Босса. Скорее всего, будет все наоборот. Когда Дмитрий, прищурившись, смерял кого-то взглядом, сердце уходило в пятки.
– Уверена, они договорятся.
– О чем? – не уловила я ход маминой мысли. Затем обернулась, и в этот момент в кухню вошли мужчины.
– Ну, накрывай на стол, мать. Надо пропустить по стаканчику за знакомство с женихом дочери.
Я сглотнула, наблюдая самодовольную ухмылку на лице родителя. Дмитрий, как обычно, был хмур, собран, но спокоен. Глаза его не метали молнии, а губы еле заметно улыбались.
– О чем вы говорили? – чуть позже у себя в комнате я стала выпытывать подробности у Босса, который ходил и изучал обстановку."
"Тот задержался у пакета с новым платьем, даже заглянул в него. Я подобралась, представив, что сейчас придется объясняться мне, а не ему.
– О нас, – ответил на мой вопрос Дмитрий, расстегнул пиджак, поддернул брюки вверх и уселся на мою кровать.
Я растерялась. Ведь он не мог не догадаться что в пакете то самое белое платье, просто не мог. Я подошла к нему ближе и сложила руки на груди.
– А точнее?
– Твой отец спросил о моих намерениях. Я ответил. Ему понравилось.
Вот как? Значит, папе он рассказал, а мне?
– Может, и со мной поделишься своими намерениями? Они ведь мне должны понравиться в первую очередь, а не папе.
Почему-то я чувствовала подвох, словно от меня что-то скрывали. Это нервировало и заставляло быть дерзкой.
– Конечно, – заглядывая мне в глаза, с усмешкой на губах шепнул Босс, потом обхватил мои бедра, пробираясь пальцами под джинсовые шорты, и притянул к себе ближе. – Иначе и быть не может, – закончил он, а его рука уже легла на обнаженную кожу моей спины под зеленой растянутой футболкой.
Было щекотно, и я передернула плечами.
