В холодном кабинете Большого Босса все еще царило напряжение. Каждый звук казался сигналом, а каждая мысль — шагом вперед на верную участь. Я всхлипнула, понимая, что выбора у меня уже нет. Взгляд в серые глаза Босса доказывал: теперь я точно попала в капкан.
А ведь у меня тогда была душевная травма – меня бросил Макар.
– Жаль, – расстроился Панфилов, а я обрадовалась, что он не стал настаивать.
Пожелав ему хорошего дня, я побежала к лифтам, а он остался в холле. Я и забыла о корпоративе, да только рассылка, про которую мне говорил Артем, в бухгалтерии сработала через час. Все стали оживленно обсуждать само заведение, указанное в пригласительном письме, и наряды, в которых можно там появиться.
Я не участвовала в обсуждении, у меня были дела поважнее. За десять минут до часа дня я уже маршировала к кабинету Большого Босса, держа в руках контейнер с обедом, а в уме повторяла вопросы, которые помнила.
Анна Витальевна пригласила меня в кабинет. Я перешагнула порог и огляделась. Романа Аристарховича не было. Подавив в себе панику, я понадеялась, что он просто опаздывает, он всегда приходил чуть позже.
Я поздоровалась с генеральным, подошла к столу для совещаний и расположилась за ним, поглядывая на тарелки, которые поджидали начальника.
Дмитрий Анатольевич подсел ко мне за стол, когда закончил со своими делами и отпустил Анну Витальевну, сообщив ей, что она может быть свободна. Он уверенно работал ложкой, поглядывая на гречку с тушенкой, которую я вяло ела, так как терпеть ее не могла, но мама переживала за мой организм, плохо переносящий стресс, и боялась, что у меня упадет гемоглобин.
Сегодня у Большого Босса был томатный суп с индейкой, два каких-то объемных кружочка в белом соусе на второе и салат «Анастасия».
– Ешь.
Я поблагодарила его и с радостью отставила гречку. Ее я и дома могла поесть. Мы обедали молча, я никак не могла расслабиться, хотя и салат был выше всяких похвал, и овощи свежие, а вот стоило взглянуть в туманные глаза Босса, как все в груди обрывалось.
– А вы каждый год устраиваете корпоративы?"
"Дмитрий Анатольевич кивнул, отодвинул пустую тарелку и принялся за непонятно что.
– А тамада будет?
– Кто? – удивленно спросил Большой Босс, впившись в меня взглядом.
Я почесала макушку, понимая, что спросила что-то не то.
