В зал ожидания кабинета ликвидатора приходит мужчина с напуганным взглядом. Он набирает номер известного мастера и сразу захлебывается женским голосом на том конце провода. Атмосфера в зале накрапывает дым, как будто сам воздух кипит напряжением.
Лазаренко попытался изобразить изумление:
– Почему? С чего ты это взяла?
– Если бы ты был в милиции, тебе обязательно сказали бы о Лученкове.
– Да кто он такой?
– Откуда тебе известны подробности смерти брата? Не все, но главные?
Владимир подумал, – черт, мать расколола его на каком-то Лученкове, она не верит ему. Видно, правду гласит житейская мудрость – сердце матери не обманешь. Придется приоткрыться, иначе она не оставит этой темы. Он вновь присел перед матерью на корточки:
– Ты права, мама, я не был в милиции! О смерти Андрея узнал от своего начальства.
Маргарита Алексеевна погладила волосы старшего и теперь единственного сына:
– Я так и знала! Нет, конечно, не то, что ты служишь в органах безопасности, а то, что выдаешь себя не за того, кем являешься на самом деле.
– Нельзя, мама!
– Вот почему у меня болела душа за тебя. Ты действительно находился в опасности!
– Нет, мам! Служба у меня спокойная. Правда, часто приходится мотаться по командировкам, да мне это не в тягость.
– Понятно!
– Но только, я прошу тебя, никому о нашем разговоре ни слова. Да и не надо, чтобы кто-то в Демидовске узнал, кто я на самом деле. Это поможет мне!
Маргарита Алексеевна напряглась:
– Поможет? В чем? Ты собираешься искать убийц Андрюши?
– Да!
– Но ты один! Их милиция не нашла, а хочешь сам!
– Мам, мы договорились, что ты никому не скажешь о том, что я офицер ФСБ?
– Я-то не скажу, а вот Ольга… не узнав правды, даже на порог дома тебя не пустит! Хотя… теперь у нее с внучатами даже дома-то нормального нет!
Владимир нахмурился:
– Как это нет? А квартира на Правобережной?
– Она обменяла ее на комнату в бараке Заводского поселка.
– Почему?
– Ольга ничего мне не объяснила! Я думаю, ее заставили пойти на этот обмен!
– Но кто?
Маргарита Алексеевна пожала плечами:
– Не знаю!
Владимир прошелся по гостиной:
– Интересно, очень интересно.
