Начинается ночной подвал особняка в забытом дачном поселке Жуковка-5. Здесь, в тени старых фасадов и на фоне густого вечнозеленого кустарника, бильярдная пестрит черным шнуром — знаком древности и загадки. Вокруг царит безмолвие, только стук колеблющихся веток под тенью деревьев нарушая молчание....
Добравшись до оружия, он направил ствол на огромное окно во всю стену, за которым простиралось море московских крыш, и, прикрыв свободной рукой голову, нажал на спуск. Автомат забился в его руке, и осколки со звоном хлынули вниз – стеклопадом, звоном и сверканьем привлекая внимание прохожих и заставляя их останавливаться, образуя толпу. Люди Чижевского, видимо, уже плюнули на опасность и долбили стальную дверь изо всех сил. Колян понял, что ему остается всего несколько секунд. Он достал из сумки передатчик и занес палец над красной кнопкой.
– Да хрен с ними! – и решительно нажал на красную кнопку.
Однако ничего не произошло. Он нажал еще и еще раз, но по-прежнему безрезультатно. Выбитая стальная дверь отлетела и ударилась о прислоненный к стене стол.
Чижевский и его ребята ворвались в комнату.
– Погоди-ка, Николай Валерьянович, пустите меня к нему…"
"Чижевский обернулся и отступил в сторону, пропуская Владислава Геннадьевича. Тот сжимал в руке вороненый «макаров». Подойдя к Коляну, балансирующему на раме разбитого окна, он тихо и жестко произнес:
– Ну что, Радченко, отпрыгался? Последняя пуля все же за мной останется. Хочу, чтоб ты, падла, знал: это тебе за мою жену и сына!
И с этими словами он дважды выстрелил Коляну в лицо.
Собравшаяся внизу на Новом Арбате толпа издала вздох ужаса, когда в проеме разбитого окна на тринадцатом этаже офисного небоскреба показался человек и, неловко взмахнув руками, перевалился через подоконник и полетел вниз темным мешком.
Глава 44. Шантаж
Черный служебный «Ауди» с тонированными стеклами несся по Бульварному кольцу, ловко лавируя в потоке машин. Водитель с удивлением поглядывал в зеркальце на своего шефа – он впервые видел Варяга курящим.
