Автор
В Гнезде Седого Ворона мирные шершнила делятся сюжетом о человеке, чей возраст затрудняет его оценку — от двадцати до пятидесяти. Этот необычный пришелец уверенно распоряжается норой, заставляющей других змей чувствовать себя чужаками, пока он сам остаётся в тени своей незаурядной энергии и хладнокровия....
Впрочем, нет. Какой-то след все же оставался. Вся Стая недовольно ворчала и скалилась, будто тоже видела прозрачные тени.
Леха шел вперед хмурый, сосредоточенный, время от времени досадливо оглядываясь на подругу. В голове его крутились странные раздражающие мысли. «Она была права, что ушла со мной. Теми малыми силами ее селение не удержать». А что людожеги делают с теми, кто оказывает сопротивление, он знал слишком хорошо.
«Одна надежда, что Марат придумает выход. У этого голова работает получше, чем у многих стариков.
От этой мысли ему стало особенно худо, так что он даже кулаки сжал в глухой ярости.
Чувствуя настроение хозяина, Черный заскулил, будто чуя свою вину и не понимая, чем же расстроил вожака. Леха хотел потрепать его по вздыбленной холке, но вдруг его внимание привлек звук не слишком далекий и до боли знакомый: хлопок одиночного выстрела.
«Людожеги, — сообразил Лешага. — Только они в этих краях так густо поливают огнем, не зная счета патронам».
Пальба вдруг прекратилась так же внезапно, как началась. Должно быть, люди Пророка озадачились, силясь сообразить, куда они стреляли. Словно в насмешку, чуть в стороне раздался еще один выстрел. Лешага прикрыл глаза и глянул на округу верхним зрением. Всадники были недалеко.
— Два выстрела — два трупа, — прошептал Лешага, пытаясь отыскать тренированным взглядом верхнего зрения нежданного союзника. Тот будто сквозь землю провалился.
Между тем командир отряда не терял времени даром.
Хорошо шли.
