— Когда рождается ребёнок, то ему нужно дать имя, так? Ну вот… А где его взять, имя? Не из воздуха же!
— Ну, как откуда? Когда рождается ребёнок, его отец спускается к низким людям… Узнаёт чьё-нибудь имя и забирает его.
— Забирает имя или убивает? — Олег внезапно вспомнил селянина, у которого остался только один сын.
— Забирает имя… — Наири замялась. — Но ведь человек без имени всё равно жить не сможет?! А дух его после смерти будет охранять от бед того, кто получил его имя. Нужно только забрать ухо и палец с руки… И всегда носить с собой.
— Так у тебя там… — Олега передёрнуло. — Так у тебя там кусочки трупа?
— Прах хранителя, — поправила Наири.
Олег вспомнил, как сжимал ремешок зубами, и ему стало совсем нехорошо.
— А снимать его нельзя? Хотя бы на время.
— Да ты что? — испугалась Наири, опять схватившись за мешочек. — А если злые духи? Или сглаз? Или беда?
— А моего покровительства тебе недостаточно? — деланно обиделся Олег. — Как-никак я — Создатель.
— Ты? Ты? — задыхаясь от восторга, вскочила на ноги Наири. — Ты готов дать мне своё имя? Своё покровительство?
— Ну, — пожал плечами Олег, — если ты не будешь отрезать мне ухо…
— Правда? Это правда? — Наири опустилась перед ним на колени, судорожно сжимая свой «прах хранителя». — Ты не обманываешь?
Девушка неуверенно сняла ремешок с шеи, испуганно заглянула в кулак, вскинула глаза на Олега.
— Ты действительно дашь мне своё покровительство?
— Дам, — кивнул Создатель, радуясь, что так быстро и просто избавился от трупного мешка на шее любовницы. — Клянусь.
— А имя? Какое у меня будет имя?
— Ну, Олег тебе не подойдёт… Значит… Ольга! Ольга, Оля, Оленька. Нравится?
— Оль-га, — нараспев произнесла Наири, медленно поднялась, подошла к краю уступа, замерла; колеблясь, раскрыла кулак, последний раз взглянула на «прах хранителя», глубоко вздохнула, словно перед прыжком в глубокий омут, резко взмахнула рукой и бросила мешочек в пропасть.
— Ольга!!! — закричала она изо всех сил. — Меня зовут Ольга!
Потом она вернулась к Олегу, встала на колени, склонила голову:
— Вот и всё… Теперь я — твоя.
Создатель не выдержал той неуверенной безысходности, что прозвучала в её голосе, рванулся вперёд, привлёк её к себе, крепко обнял. Она никак не отреагировала — только слабо улыбнулась.
— Моя, и только моя. Мы всегда будем вместе.
Девушка внезапно заплакала.
— Да что с тобой? — испугался Олег. — Что случилось?
Но она уже смеялась, утирая шальные слёзы.
— Я твоя, Создатель, твоя.
