Басманов ухватил парня за плечо, и лишь тогда холоп пришёл в себя. Увидев прямо перед собою Фёдора, мальчик сглотнул и тотчас же поклонился.
- Вам, барин, передать велено! – пролепетал он, рыская руками у себя за пазухой.
Дыхание его частое сбито было тревогою. Басманов едва понял слова его, что лишь поднимало нём больше гнева из-за усталости.
- Вам, Фёдор Алексеич… - повторил мальчик, доставая вещицу, похожую на блюдце, завёрнутое в синий бархат.
Как рукой сняло всю скуку и досаду. Со вниманием и приятною волнительностью, оглядел Фёдор предмет, принимая нечто в бархате.
Не успел он и развернуть роскошной материи, как мальчишка, зевая и переминаясь с ноги на ногу, пошёл по коридору прочь.
Стоило Фёдору развернуть бархат, так взгляд его преисполнился трепетного восторга. То было зеркало, литое из серебра. Его обвивали диковинные чудовища, точно хотели сами увидеть свои неописуемые отражения в глади зеркальной поверхности.
- От кого? – окликнул Басманов мальчишку, не отводя взгляда от собственного отражения.
Жарко-красные отблески факела плавали по серебру, дрожа неровными каплями, точно калёное железо. Юноша глядел на отражённый лик свой. В зеркале видел себя, окутанного полумраком коридора.
Тонкими пальцами коснулся он животных, да с таким трепетом, точно живыми были те твари, и спугнуть их боялся.
- Дык от государя нашего, Иоанна Васильевича! – крикнул в ответ мальчик, да и скрылся за поворотом.
На губах Фёдора засветилась мягкая улыбка. Хотел было дать ответ свой мальчишке, чтобы доложил тот царю, да холоп уже и скрылся за поворотом.
Мальчик спешно спустился по лестнице, едва не оступаясь от усталости. Глаза слипались сами собою, клоня мальгучана в сон. Холоп спрыгнул с последних трёх ступеней, да и чудом не навернул ноги своей.
Пройдя по каменному полу, дале держал он путь к небольшому холодному чулану. Отворя скрипучую дверь, он проник внутрь, нащупал старый полинявший заячий тулуп. Накинув сие одеяние, поспешил мальчонка к конюшне.
Во двор уж выехал всадник, но лишь завидев мальчишку туго натянул поводья.
На седле болталась собачья голова да метла, облачение мужчины было полностью чёрным, под которым слабо звенела кольчуга.
- Всё сделал, барин, как вы велели! - произнёс мальчик, откланиваясь предо опричником.
- Сказал, от кого дар этот? - спросил мужчина.
Холоп лишь мельком видел часть лица опричника, коию разглядеть можно было в том мраке. Особенною чертою были следы огня, застывшие ожогами по всей щеке.
