Сердце корабля сжимается в голоде, как сталь при замерзании. Мерцающие индикаторы на приборной панели и тихий утробный гул двигателей создают мрачную иллюминацию бескрайнего космического пространства. Вместе с бушующим ветром и холодом, ящерами метеоритов и роковой гипотезой о жизни за чертой тьмы, дежурство кажется не просто обязанностью, а узлом, который развязывать можно только пройдя через него....
А они с девочками, включая и Таисию, от которой теперь ни на шаг не отходил Раск, уже начали планировать, как бы собрать побольше женщин и доставить их на корабли для переброски на Леморан. Ну и рассчитывали возможную прибыль от выкупа за каждую сложившуюся пару. Решили много не брать, в конце концов леморанцы еще не поняли, что они уже почти захвачены. И кем? Женщины Земли без боя, одной только любовью пленили и поставили их на колени.
Света снова ласково потрепала Даира по волосам, погружаясь в приятную дрему.
Зара и Ингрид со смехом и завистью наблюдали, как мужчины все время пытаются прикоснуться, погладить, приласкать своих женщин, никак не хотят спускать их с рук.
В ее душе все еще не улеглись впечатления от расставания с Даиром. Подобного Света не хотела бы пережить больше никогда. И была уверена, что девочки ее полностью поддержат.
После ужина первым не выдержал Ракс – подхватив на руки Таю, он рысью бросился в спальню. Недолго думая, за ним рванули все остальные. Да, время ухаживаний закончилось быстро.
Вдруг сквозь дремоту Света услышала громкий вопль Киры, которая зачем-то начала громко звать иса Дара. Даир, резко вскочив и надев штаны, бросился на выход. Света, замотавшись простыней, поспешила за ним.
Ворвавшись в комнату Радьяра и Киры, они застали там всех остальных, наблюдающих очень странную картину. На полу возле кровати лежал Радьяр, гениталии которого были слегка прикрыты какой-то тряпкой, а возле него закутанная в простыню, впрочем как и остальные присутствующие здесь женщины, стоя на коленях, склонилась Кира.
– Все было хорошо, понимаете. Все прошло хорошо, мне даже не очень больно было, ну, по крайней мере, я не кричала, а потом вообще стало нереально хорошо. А потом он встал, чтобы мне воды принести, и увидел кровь – и раз, и бу-бух. Я не знаю что делать, он тут лежит и не шевелится.
