Автор
Невероятная история о юных бойцах, выбранном из сотни лучших воспитанников от разных городов Галлийского племени. Они вынуждены стать участницами жестокого охотничьего западника на острове — своего рода "Голодные игры", где лишь один сможет уцелеть, превращаясь из героя в злодея....
Похоже, «Голодные игры» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Насколько мне легко с Гейлом, настолько трудно с Питом. Трудно даже притворяться друзьями. Я постоянно задаюсь вопросом, зачем он что-то сделал или сказал. Хотя как тут можно сравнивать? С Гейлом мы сошлись потому, что так было легче выжить нам обоим. С Питом все иначе: выживание одного значит смерть другого. И никуда от этого не деться.
Эффи стучит в дверь напомнить, что меня снова ждет «важный-преважный день». Завтра у нас берут интервью для телевидения, так что сегодня у всей группы забот полон рот.
Встаю и принимаю душ, стараясь в этот раз быть повнимательнее с кнопками.
Из мясного сегодня баранина с черносливом, уложенная на гарнир из зизании, черного риса. Вкусно — пальчики оближешь. Только когда на тарелке остается меньше половины, замечаю, что все почему-то молчат. Я делаю глоток апельсинового сока и вытираю рот.
— В чем дело? Вы ведь должны натаскивать нас для интервью, верно?
— Верно, — соглашается Хеймитч.
— Ну так не стесняйтесь. Я вполне могу есть и слушать одновременно.
— Понимаешь, мы несколько изменили планы… В том, что касается нашего текущего подхода…
— Какого еще подхода? — удивляюсь я, не в силах вспомнить из данных нам за последнее время инструкций ничего, достойного такого наименования. Разве что не выпендриваться перед другими трибутами.
Хеймитч пожимает плечами:
— Пит попросил, чтобы его готовили отдельно.
8
Предатель! Это было первой мыслью, мелькнувшей у меня в голове после известия Хеймитча. Глупее не придумаешь. Нельзя назвать предателем того, кому ты и так никогда не доверял. Да и о каком доверии между трибутами может идти речь? И все же… он тот мальчик, который стерпел побои ради того, чтобы дать мне хлеб, тот, на кого я опиралась в колеснице, кто прикрыл меня в случае с рыжеволосой девушкой, безгласой, и кто так стремился, чтобы Хеймитч узнал о моем умении стрелять… Разве могла я после всего этого в самом деле совершенно не доверять ему? С другой стороны, я чувствую облегчение, наконец-то не нужно притворяться друзьями.
