Неприятности приходят за Слимом: он ищет меченный купленный книгой, но дорога ведет прямо к загадочной Голосу Бездны. Кюре видит десятилетнего мальчика-гонца, который шагает под прямыми солнечными лучами, будто забыл время и пространство. Кажется, мир изменился: люди становятся все более ленивыми. Следы Голоса Бездны приводят к местам, где океан встречается с землей, где воздух свеж и тих - настоящая сказочная страна....
К чему тратить время на черных оленей с черной кровью? Расскажите, кто правит Гатой?
- Хорошо. Слушайте, друг всех, кто приходит к вам с добром.
3
Фабьен и Самбо разделали тушу оленя, скорее просто по привычке. Мясо его было черным и ни малейшего аппетита не вызывало даже у моряков, не избалованных свежатиной. Хью, прохаживаясь вокруг, вслушивался в мертвую тишину необычных джунглей. Может быть, Самбо прав и им не стоит идти дальше? Королю всегда можно что-нибудь соврать, если уж не удастся сбежать по дороге ко Дворцу.
Коротышка притянул к себе длинный чашеобразный лист пикаля и с наслаждением выпил хранившиеся в нем несколько капель воды. Нельзя пускаться в обратный путь, не наполнив бурдюки. Если Хью забудет об этом, то Триполи напомнит сразу, как только он окажется на борту галеры. Кроме того, глупо побывать на Гате и так ничего о ней и не узнать. Как бы ни любил Грамон деньги, а все же оставался человеком и любопытным, и склонным к поискам приключений.
- Что вы там все возитесь?
- Надо, чтобы кровь стекла, - откликнулся Фабьен, привязав наконец тушу к веткам.
- И я, - тут же сказал Самбо. - Уж лучше солонину погрызу.
- Тогда чего мы ждем? Пусть стекает кровь, а у нас еще много дел. Начнем с воды. За мной!
Конечно же, правильней всего было проплыть вдоль берега на лодке и отыскать устье какой-нибудь реки или ручья. Вот только плавание не вызывало у Хью добрых чувств, абсолютно любое. Себя он убедил, что для опытного воина найти воду не такая уж и сложная задача, поможет чутье.
- Господин Хью, - обратился к нему Самбо дрожащим голосом. - Мне очень худо, господин Хью... Давайте отдохнем.
- Никогда прежде его таким не видел, - сказал Фабьен лойнанту, помогая товарищу лечь. - Такой, по правде сказать, буйный матрос - и вот как все обернулось. А как вы думаете, останется там от нашего оленя хоть что-нибудь? Я вот решил, что хорошо прожаренный кусочек мог бы съесть.
- Не знаю, - пожал плечами Грамон. - Вот что, Фабьен: я пока Самбо отдохнет, я хочу прогуляться вокруг. Ты прислушивайся, и все будет в порядке, потому что в такой тишине, как здесь, никто к вам незаметно подобраться не сможет.
- Это верно, - согласился матрос. - Только вы не уходите, пожалуйста, далеко! Все же такое место... Черные олени, безголосые попугаи...
Лойнант поправил перевязь и углубился в заросли.
