В холодном мраке Карага измененные сталкиваются со слабостью в радиомолчании. Голос Вессема оживает через громкоговорители, заставляя их смотреть друг на друга под искривленными зеркалами правды и страха. Каждое слово кажется игрой судьбы в этот безмолвный час.
— Пусть Петер возьмет, — сказал Детлеф и скомандовал охраннику: — Вставай и двигай к той стене.
Охранник поднялся, кидая на него злобные взгляды. Детлеф оттащил Винценца за светлую черту на полу. Наклонился к охраннику, делая что-то с его рукой.
В камеру вошел Петер, набрал код на панели — возникло силовое поле, отрезая нас от остальных.
— Ну все, времени мало, — сказал Детлеф, — давайте бегом отсюда.
Петер подошел, аккуратно подхватил меня на руки, и я сжала зубы, чтобы не издать ни звука.
— Больно? — спросил Петер тихо.
— Нет, — соврала я.
Врать о том, что я могу идти сама, я не стала. Просто ухватилась за его плечи.
Я все еще не могла поверить в происходящее. Может, Детлеф все-таки застрелил меня, как я просила. Может, я уже умерла. Потому что не может быть, чтобы они все явились сюда спасать меня.
Но жесткие плечи Петера под моими пальцами — это было реально, и его руки, которые давили на мои синяки — это было реально, и свет, на который мы вышли из темной камеры, очень реально бил по глазам, и только тогда я кое-что вспомнила:
— Стойте! Подождите, мы не может уйти! Там Аре!
Детлеф, шедший впереди, обернулся.
— Иди быстрее, — зашипела Эрика.
— Там Аре, мы должны ее забрать, — сказала я.
— Рета, она мертва, — сказал Детлеф. — Я видел ее, подошел проверить… У нее огнестрельное в голову.
— Но… — пробормотала я и осеклась.
Я хотела спросить — как, я же отказалась стрелять в нее, но нашла ответ, не успев закончить вопрос. В этой маленькой камере мы с охранником стреляли друг в друга, и одна из пуль срикошетила.
Глава 24
Далеко мы не ушли. Найдя первую попавшуюся открытую комнату — по странному совпадению это оказалась комната для допросов, — Детлеф махнул рукой, мы вошли, и он запер дверь.
— Петер, следи за обстановкой, — велел Детлеф.
Петер стал возле двери — глаза прикрыты, одна рука расслабленно свисает вдоль тела, другая так же расслабленно лежит на рукоятке пистолета.
— Рета, — обратился ко мне Детлеф, — нам надо избавиться от твоего трекера. Нельзя, чтобы нас отследили.
Тут я обратила внимание на его руку. Темного квадратика, который я привыкла видеть, не было. Вместо него была только красноватая точка.
