Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
Раздел Chitat.online для книги «Голос вождя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Шатаясь и подпрыгивая на буграх, грузовик допылил до землянки и заглох. Со своего места вылез внушительного вида мужик с лычками ефрейтора, а за ним показались пассажиры. Одного Николай узнал сразу — капитан Захаров, старый знакомец. А другой…
Это был летчик с голубыми петлицами лейтенанта.
Баранов замер, сердце его заколотилось, а губы сами расползлись в довольно глупой ухмылке.
— Братуха! — сипло выдавил он.
Лейтенант резко оглянулся и тоже застыл столбом, только глаза моргали.
— Колька! — завопил он, срываясь с места.
Братья столкнулись, сцепились, хохоча, и ну лупить друг дружку по плечам да по широким спинам — оба в могутного батю пошли.
Отдышавшись, Николай с умилением глянул на младшенького. Во какой вымахал! Лейтенант!
— А я все вашего комэска пытал, не видал ли он Ваньку!
— Это когда ж? — удивился Иван, оглядываясь на Захарова. Тот только рукой махнул, мол, болтайте пока.
— Да давно уж, когда мы из окружения выбирались…
— А ну, рассказывай! — потребовал Иван. — Время есть, капитан сказал, что мы тут можем до вечера задержаться!
— Ну, тогда пойдем, братка, вот там под сеткой присядем, все не так капать будет!
Братья Барановы устроились на теплой и сухой крышке моторного отделения командирской «кавэшки». Сверху, сквозь сеть, долетали только мелкие брызги дождя. Матвеич, на правах старшего и хлебосольного хозяина, достал флягу с водкой и нехитрую закусь — кусок сала, горбушку хлеба и луковицу. Сделали по глотку, с кряхтеньем занюхали луком.
— Да чего там рассказывать… — неторопливо начал Матвеич, пластая трофейным складным ножом пожелтевший кус. — Подняли нас по тревоге, приказали горючки залить, двойной боекомплект прихватить — и трогаться. Ночь, помню, а мы по лесу чешем колонной, фарами светим… А утром немцы и налетели… Ничего от ППД нашей части не оставили, все разбомбили! Во, думаем, где бы мы были, кабы не приказ! И пошло дело… Трижды на немецкие колонны нападали, побили фрицев — немерено! Но, ить, и нам тоже досталось — «бэтушки» хоть и проворные, но снаряды все ж быстрей. Расколотили нас… Подчистую расколотили! От всего нашего полка только мы со Степкой… ну, с сержантом Степаном Гавриловым, башнером, и остались! Оклемались ночью в лесу и решили к своим пробиваться!
— И правильно! — горячо поддержал брата Иван.
— А то ж… Но пока мы там немцам жару давали, фронт отдалился, а мы попали в окружение. Стали выбираться. Поснимали мы с дохлых фрицев, что на них убойного было, и двинулись.
