Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
Раздел Chitat.online для книги «Голос вождя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Перезагрузка вернула Виталия Дубинина в прошлое, где его действия изменили ход истории Советского Союза во время Великой Отечественной войны. Герой пытается исправить трагическую судьбу друга и избежать неминуемых последствий, связанных с историческими событиями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мало того — между тонких пальчиков Света изящным жестом держала дымящуюся папиросу. И издалека было заметно — руки врача дрожат, горящий кончик папиросы скачет вверх-вниз.
— Ты ведь не куришь? — полуутвердительно-полувопросительно сказал я, когда мы подошли.
— Не курила… — устало ответила Света. — Но тут не то что закуришь — запьешь! Ты же видишь, что вокруг творится, — и все эти парни еще не прошли обработку. Мы не успеваем, зашиваемся… Я сделала восемь операций… Трое не выжили…
Одной затяжкой докурив папиросу, Сморкалова втоптала окурок в грязь под ногами и подняла на нас глаза.
— Это и есть твой друг? — Увидев Бата, женщина через силу улыбнулась. — Здравствуйте!
— Здравствуйте… — проговорил Батоныч с запинкой и решительно протянул руку: — Владимир Петрович!
— Светлана Алексеевна. Очень приятно.
Наступила неловкая пауза, но ее очень быстро прервали — из палатки вышел молодой мужчина, в таком же, как на Свете, заляпанном кровью белом халате.
— Ефрейтор умер на столе… — глядя сквозь нас, сказал мужчина. — Все тело — сплошной ожог…
— Я предупреждала, Игорь Моисеевич… — бесцветным голосом ответила Света. — Сердце не выдержало?
— Да… — почему-то несколько раз кивнул мужчина и только сейчас, казалось, увидел нас. Разглядев комдива, он попытался принять строевую стойку. — Товарищ генерал-майор! Во вверенном мне подразделении…
— Отставить, товарищ военврач! — голосом и жестом Бат остановил доклад. — Я все вижу, Игорь! Вижу, что раненых много, вижу, как вы самоотверженно работаете. Спасибо тебе, сынок!
И Батоныч, не испугавшись замызгаться, по-отечески обнял молодого врача.
— Это наш главный спаситель! — повернувшись ко мне, сказал Володя. — Игорь Моисеевич Фидельман. Был ведущим хирургом Первой градской, на фронт пошел добровольцем.
Главврач устало улыбнулся.
— Игорь, я вижу, что вы заняты, но мне и товарищу комиссару тоже требуется медицинская помощь.
— Да-да, конечно, товарищ генерал-майор! Пойдемте в палатку! — пригласил Фидельман.
— Давай, сынок, сделаем по-другому: отпусти на время Светлану Алексеевну, она уже на ногах нетвердо стоит. Пусть отдохнет пару часов, а перед этим нам с комиссаром перевязки сделает. Дай ей бинты и… что там еще нужно!
— Я не пойду! — упрямо сжав губы, сказала Сморкалова. — Тут сотни раненых, им всем нужна помощь!
— Светлана Алексеевна, я все равно хотел предложить вам отдых, иначе вы с непривычки начнете ошибаться, — негромко сказал Фидельман. — Товарищ генерал верно решил: возьмите санитарную сумку и ступайте.
