Очередное утро для Гурова выдалось нервным и неспокойным. Он шел пешком, наблюдая за городом в пробке: старые дома встречались новыми зданиями, мимо проносились люди разных возрастов. Лев Иванович знал каждый закоулок по дороге на работу и ожидал увидеть постоянных обитателей улочек — их обычная суета внезапно исчезла, создавая ощущение заговоренной тишины. Этот день привнесет новые загадки в жизнь практикантки Ксении Петровны......
Вчера ничего необычного не видели? Примерно с часу дня до трех часов? Никто не подходил к вам? Ничего не спрашивал?
– Вчера… – задумался смотритель. – Вчера дамочка одна подходила. Что-то спросить, наверное, хотела, но потом передумала, постояла и своей дорогой пошла. Примерно в начале второго это было. Я тогда вон там был. – Он указал рукой на высокий из черного мрамора обелиск, который выделялся на фоне других, более низких и светлых памятников. – Там вчера в два часа хоронить должны были, вот я с рабочими, которые могилу копали, стоял и разговаривал, а потом отошел чуть, чтобы не мешать.
– Да-да, знаю, – прервал смотрителя Станислав и, кивнув, поблагодарил: – Спасибо. А вы помните, как та дамочка выглядела? Описать сможете?
– Хорошо выглядела, – сообщил смотритель. – Симпатичная была дамочка.
– Очень хорошо, что запомнили. К вам сегодня наш художник подъедет. Вы уж ей эту женщину подробно опишите. Может быть, у нее какие-то особые приметы были. В общем, расскажите все, что запомнили. Хорошо? А теперь покажите мне, где вы вчера стояли, когда подошла дамочка, и где она потом стояла.
– Да, конечно, покажу. Пойдемте.
– Вас как зовут? – спросил Крячко и достал из кармана блокнот.
– Виталий. Виталий Анатольевич Сорокин я, – немного смущаясь, представился смотритель и добавил: – Я тут уже пятый год работаю. Хорошая работа. Тихо тут. Я в сторожке живу неподалеку. И платят хорошо.
Крячко записал данные свидетеля и номер его телефона. «Надо обязательно сегодня же составить портрет этой женщины. Думается мне, что она неспроста ходила именно в этом месте и именно в это время. А тот черный памятник – это и есть то место, откуда стреляли в Данилина», – размышлял Станислав, пока шел за смотрителем.
Его предположения оправдались. Памятник был действительно тот самый, возле которого он вчера нашел гильзу. Станислав оглянулся и посмотрел в сторону, откуда они пришли. «Не очень-то далеко отошел убийца, чтобы спрятать карабин, – подумал он. – Но с места, где проходило прощание с Данилиным-младшим, та могила, возле которой сделали схрон, совсем не видна.
