Очередное утро для Гурова выдалось нервным и неспокойным. Он шел пешком, наблюдая за городом в пробке: старые дома встречались новыми зданиями, мимо проносились люди разных возрастов. Лев Иванович знал каждый закоулок по дороге на работу и ожидал увидеть постоянных обитателей улочек — их обычная суета внезапно исчезла, создавая ощущение заговоренной тишины. Этот день привнесет новые загадки в жизнь практикантки Ксении Петровны......
– Так вот, Марго умерла – она попала в аварию, – решила пояснить Светлана Геннадьевна. – Какой-то пьяный въехал в «Скорую помощь», на которой она работала. После этого Алина стала будто сама не своя. Стала задумчивая, растерянная… У нее и так-то друзей было мало – пара подруг, и все, а после и вовсе никого не осталось. Она если не на работе была, то дома за компьютером сидела. Но иногда могла на целый день уйти и вернуться только ночью. Я уж с ней и по душам разговаривать пыталась, а она – «все нормально, тетя Света», и все.
– А почему она решила именно в Москву уехать, а не, скажем, в Питер или Новосибирск? – спросил Гуров, хотя и догадывался, каким будет ответ. И он не ошибся в своих предположениях.
– Я так думаю, – женщина чуть понизила голос, – она мне, правда, сама об этом не говорила… Но я думаю, что она хотела там быть поближе к своему отцу. Думаю, что Марго ей все-таки перед смертью во всем призналась и назвала его фамилию. И Алина знала, кто ее отец.
– Алина не очень-то, я смотрю, была с вами откровенна, раз вам, ее родной тете, обо всем, что касается ее жизни, только догадываться приходится, – заметил Лев Иванович.
– Алиночка вообще молчунья с самого детства, – сообщила Светлана Геннадьевна. – У меня своих детей нет. Бог не дал. Вот и с мужем гражданским я из-за этого разбежалась. Алина мне как дочка. Я Марго ее растить помогала – платьица, юбочки ей шила. Я это умею. В общем, – вздохнула Тихомирова, – думала я, что Алина и в старости со мной останется и я ее деток, как своих внуков, буду нянчить, но она вдруг сорвалась и уехала.
– Ну, хорошо, – кивнул Лев Иванович, давая понять, что вопросов он больше пока не имеет. – Несите мне фотографию, чтобы уж я совсем уверился, что мы говорим об одной и той же Алине. Пока что все, что я знал о ней, совпадало с вашим рассказом.
Фотографии Алины в доме не нашлось. Вернее, нашлось много детских фотографий, а вот снимков во время учебы в старших классах и в колледже или просто с подругами – ни одного. Гуров даже к Алине в компьютер вошел, но и там ничего не обнаружил.
– Странно, – растерялась Тихомирова. – Были же фотографии. Не много, но были. Значит, все с собой забрала."
"– А как же мне быть? – нахмурился Гуров. – Мне очень нужна ее фотография. Подумайте, у кого мне можно еще спросить?
Светлана Геннадьевна задумалась, но немного погодя просветлела лицом и обрадованно сказала:
– Какая я забывчивая! В нашем подъезде ее бывший парень живет – Володя. Он на год старше Алиночки.
