За огромным окном штатов Харб просматривается пейзаж: медленно плывущие баржи и солидные буксиры. Окно словно разделяет прозрачное небо, окутанное теплыми оттенками осени — золотистым и оранжевым. В эти моменты будто бы мир стирается в бесконечность.
Браун подумал, не слишком ли он переигрывает, но решил, что пока все идет как надо. Не дожидаясь ответа, он прошел мимо нее в квартиру, швырнул шляпу на столик в прихожей, огляделся и одобрительно присвистнул. — Ого, да у тебя здесь шикарное гнездышко. Никогда не бывал в таких.
— Что… что вы хотели спросить? — испуганно произнесла Сюзи. Поверх ночной рубашки на ней был халат, и теперь ее правая рука была крепко сжата на воротнике халата.
— Ну-ну, куда это мы так торопимся, а? — игриво хохотнул Браун."
"— Мне… мне утром на ра… работу.
— О, я знаю, что ты хотела сказать, — мерзко ухмыльнулся Браун. — Присядем.
— О… о чем вы хотели спросить?
— Я сказал — присядем! Ты будешь делать то, что я говорю, и все будет отлично, о'кей? Если нет, то…
Сюзи тут же села, поспешно подобрав полы халата.
— Какие клевые ножки, — заметил Браун, откровенно ее разглядывая.
Сюзи облизнула губы и нервно сглотнула. Браун неожиданно испугался, что она сумеет преодолеть страх, прежде чем он подойдет к финалу своего спектакля. Он решил нажать на нее покрепче.
— Полчаса назад мы взяли твоего дружка, — сказал он. — Так что если ты думаешь, что он тебе поможет, забудь об этом!
— Что? Кого? О ком вы говорите?
— Об Ирвинге Кратче, твоем любовничке.
— Я никому… никогда не лгала, — прошептала Сюзи.
— Это про то, что ты с ним в койке все время валялась? Про то, как вы с ним любились, когда пришили этих двоих? — Браун прищелкнул языком. — Будет врать-то. Ты меня оч-чень удивляешь.
— Да, мы занимались этим, честное слово… мы, — начала Сюзи и, внезапно осознав, что они говорят о сексе, посмотрела Брауну в глаза, натолкнулась на застывший похотливый взгляд сексуального маньяка и подумала, удастся ли ей выбраться живой из этой переделки? Она вспомнила, как мать предупреждала ее никогда не одевать узкую юбку в присутствии чернокожих, потому что в этих людях легко пробуждается животное начало.
— Ты в серьезной беде, — сказал Браун.
— Я не…
— В очень серьезной беде.
— …лгала никому, клянусь.
— Есть только один способ выпутаться из этого.
— Но я не…
— Только один способ, мисси.
— …лгала, правда. Честное слово.
