Автор
В Базеле Швейцария, пятница, восемь февраля. Кто-то в миниатюрном микрофоне спокойно рассказывает о ночи. Действие происходит на веревке между обвязками, привязанными к талии и плечам одной из персонажей. Атмосфера напряженная, как будто в любой момент может начаться настоящая игра со смертью....
Его голос околдовывал Крис, а Аллегро просто не могла отвести от нее глаз, и большого труда стоило удержаться от того, чтобы подарить Крис поцелуй.
— Ты знаешь итальянский?
— Боюсь, что нет, — солгала Аллегро, силясь перевести взгляд с Крис на что-то другое. — А ты?
— Да. У нас дом в Венеции… был. В течение многих лет. Я туда часто приезжала, когда была маленькой, а потом, когда мне исполнилось восемнадцать, перебралась туда жить. — Вспоминала Крис. Очаровательный изгиб в уголках ее губ намекал на полуулыбку, вот только глаза оставались грустными, как и в ночь карнавала.
У Аллегро закололо в груди, когда трепетные нотки уязвимости послышались в голосе Крис.
— Ты часто туда возвращаешься?
— Мне не так давно пришлось выставить дом на продажу. Ужасно нужны деньги, ведь отец оставил нас в долгах, — голос Крис звучал мелодичнее всех серенад, что звучали весь вечер.
— Переведи мне, пожалуйста, эту песню. — попросила Аллегро.
— Зачем? — улыбка на устах Крис увяла. — Она же итальянская, и, как большинство итальянских песен, она о любви и трагедии. — Крис подалась навстречу Аллегро и, не отрываясь, глаза ей в глаза, проговорила: — Когда мы первый раз встретились, твое лицо скрывала ночь. Все, что я видела, и все, что я запомнила, это то, как ты улыбнулась, а потом поцеловала меня. От твоего поцелуя у меня перехватило дыхание. Я сожалею не о том, что эти чувства пробудила незнакомка.
Эти слова словно бы вернули Аллегро в Венецию, она с трудом могла скрыть шок.
— Что? — хрипло спросила она.
— Песня, — ответила Крис, пожав плечами и бросив на Аллегро недоуменный взгляд. — Ты же попросила перевести.
Аллегро испытала облегчение, к горлу при этом едва не подкатила тошнота. Конечно, ее итальянский был близок к совершенству, но она так залюбовалась Крис, что не слышала ни слова из песни.
— А, да.
Повисло молчание. Аллегро безуспешно пыталась отвязаться от воспоминаний о том, как целовала Крис в шею. Больше всего ее сейчас интересовало, чувствовала ли Крис то же самое неутоленное желание, при воспоминании о тех мгновениях.
