Автор
В Базеле Швейцария, пятница, восемь февраля. Кто-то в миниатюрном микрофоне спокойно рассказывает о ночи. Действие происходит на веревке между обвязками, привязанными к талии и плечам одной из персонажей. Атмосфера напряженная, как будто в любой момент может начаться настоящая игра со смертью....
Та же боль, с каждым словом, отзывалась в груди Аллегро.
— Прости меня. За все.
Она не знала, что сломало Крис, почему та ее впустила, сделав эти несколько шагов назад. Аллегро захлопнула за собой дверь. Ни слова, ни жеста. Казалось, прошла целая вечность тишины.
— Я не хотела причинить тебе боль. — Аллегро пыталась сдержать слезы. — Я не хотела, чтобы так получилось, просто…
— Просто, ты не чувствуешь того же, что и я, — проговорила Крис.
— Просто у меня нет выбора. — Аллегро опустила глаза, невидящим взглядом вперившись в темный ковролин ногами под ногами.
— Почему же?
— Просто нет, и все.
— Господи, Энджи, — Крис разочарованно вздохнула. — Если ты пришла сюда только для того, чтобы еще немного поиграть в секреты, то лучше уходи.
— На самом деле, я не знаю, зачем я здесь. Не знаю, что и сказать, чтобы что-то изменить. — Собственный голос оглушительно громко звучал в ушах, Аллегро едва контролировала себя. — Я не могу рассказать тебе о своей жизни, но я хочу, чтобы ты знала, что я боюсь.
— Чего ты боишься?
— Того, что я чувствую к тебе. — Голос Аллегро сорвался. И она все еще не могла поднять глаза на Крис. Она затаила дыхание, но за ее признанием последовала оглушающая тишина. — Я понимаю, что уже поздно, — сказала она, когда больше не могла выносить молчания. — Я не буду тебе мешать, ложись спать.
Она повернулась к выходу. Уже коснувшись холодной ручки двери, Аллегро вдруг ощутила нежную ладонь на своем плече.
Крис приблизилась вплотную, взяла в ладони ее лицо и заботливым ласковым прикосновением больших пальцев, утерла слезы.
— Я тоже боюсь. — Прошептала Крис.
Глава девятнадцатая
Аллегро обняла Крис за талию, и их губы сомкнулись в нежном примиряющем поцелуе. Кончик языка Крис танцевал по краешкам губ Аллегро, и, казалось, боль одиночества и вины, пожиравшая ее, начала отступать.
Она предоставила Крис право вести в этой изысканно-неспешной игре соблазна, оробевшая и признательная за то, что Крис приняла, как данность, ее необходимость держать многое в тайне. Нежными касаниями Крис провела по волосам Аллегро, потом обвила ее шею, поглаживая впадинку под затылком. Ласковым движением Крис освободила плечи Аллегро от плаща, не прерывая жарких исследующих поцелуев, когда плащ упал на пол.
Их тела лишь касались друг друга.
