Автор
В Базеле Швейцария, пятница, восемь февраля. Кто-то в миниатюрном микрофоне спокойно рассказывает о ночи. Действие происходит на веревке между обвязками, привязанными к талии и плечам одной из персонажей. Атмосфера напряженная, как будто в любой момент может начаться настоящая игра со смертью....
Рассказала о тайнике, Манфреде Вульфе и его мордовороте, Гюнтере Шмидте, и об афганце, с которым нужно было разобраться немедленно. Она записала марку, модель и номера машины Азизи, и упомянула о том, что Крис ездила к матери в клинику.
— И, в общем, — подытожила она, — у меня считанные дни, или, кто знает, может, часы, на то, чтобы доставить им в Колорадо этот проклятый камень.
— Что думаешь делать?
— Мне нужно время поискать его, и чтобы одновременно не следить за Крис, — ответила она. — Я хочу, чтобы ты за ней присмотрела, пока я ищу бриллиант.
Домино кивнула.
— Что мне делать?
— Займись афганцем, который за ней вчера следил. Ему удалось подобраться к машине. Что он там сделал, я проверить не смогла, пока была с Крис. В результате, уехали на моей машине.
— Думаешь, он посадил что-то? — отозвалась Домино. — Я проверю.
— Когда я высажу Крис на стоянке, не спускай с нее глаз. У нее в плаще спутниковый маячок, но в какой-то момент она ведь может переодеться. Поставь еще один на машину. Все, что тебе может понадобиться, у меня в багажнике. Я арендовала «Ауди». — Она передала Домино ключи и объяснила, где стоят машины. — У меня в сумке пистолет того немца. Пожалуйста, избавься от него, а ключи верни на рецепцию в отеле. И еще, задержи Крис, чтобы у меня было время обыскать ее спальню.
— А где она сейчас?
Аллегро показала на отель.
— Комната номер 302.
Домино удивленно подняла бровь.
— По делу или ради удовольствия?
В голове Аллегро пронеслись картины прошлой ночи, не ответила.
— Да, ты явно не шутила, когда сказала, что в беде, — мягко проговорила Домино. — Что происходит? Это на тебя не похоже. С каких это пор ты стала думать о тех, с кем переспала.
На то, чтобы подобрать ответ, ушло несколько секунд.
— С тех пор, как она появилась на горизонте.
— Я шагну за край, рискнув предположить, что это она назвала тебя эгоцентричной, наглой и вообще сплошной головной болью?
— А? А, это. Как я уже сказала, она сама не понимала, о чем говорила. — Аллегро не смогла сдержать улыбку.
— Они знают? — спросила Домино.
— Монти и компания понятия не имеют.
— И что ты собираешься делать?
Вопрос на миллион долларов, не иначе.
— Я не знаю. Вариантов не так много.
— Она знает, кто ты?
— Нет.
