В Белграде взрыв прогремел как призыв к борьбе против преступности. Самолет на пути к столице заполнителей, где каждый день борьба с ними становится более жестокой и опасной. Пассажиры в своих креслах дремлют, привыкнув к постоянным шумам — от моторов самолета до тихих голосов стюардесс, предлагающих чай и кофе....
— А Елизавета была женщиной. Как, впрочем, мы все. И она хотела простого человеческого счастья, детей, семейных радостей. Но, поняв, что это ей не дано, и почувствовав, что ее счастливой сопернице повезло больше, она не могла найти себе места. В политике победила Елизавета, в искусстве любви — Мария. И еще неизвестно, чья победа дороже.
— С вами интересно разговаривать. Вы открываете новый взгляд на старые вещи.
— А вы стараетесь очень незаметно польстить мне, и я должна делать вид, что этого не замечаю.
Шарль рассмеялся.
— Ну вот видите, я ж говорил — интересно. Не знаешь, что вы скажете в следующую минуту. Вы удивительный человек, миссис Дейли.
— Это опять комплимент? — подняла брови Элен.
— Нет. Святая правда. В конце концов, я могу сделать вам в течение трех дней пару комплиментов хотя бы за вашу хорошую работу?
Генеральный координатор посмотрела в глаза Дюпре.
— Вы знаете, что ждет вашу группу?
— Догадываюсь.
— Вы должны не только обнаружить лаборатории триады, вам поручат и проследить их связи.
— Конечно.
— Это очень опасно.
Дюпре улыбнулся.
— Я начинаю подозревать, что вы специально проверяете мою психологическую устойчивость перед предстоящей операцией.
— Не шутите — вы же знаете, чем это все может кончиться.
— Это работа.
— Вы можете не вернуться оттуда…
— Пятьдесят на пятьдесят, фифти-фифти.
— Что? — не поняла Элен.
— А можем и вернуться.
— Я хочу, чтобы вы вернулись, Шарль. Слышите? Хочу! — Что-то дрогнуло в ее лице. — Это очень страшно, Шарль, — прошептала она, — уходят друзья, знакомые, близкие и не возвращаются.
— Ничего не случится. Все будет хоро…
— Молчи, — Элен зажала ему рот рукой, — пожалуйста, молчи. Если ты не вернешься, мне будет очень больно.
Дюпре осторожно взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. В тишине комнаты отчетливо прозвучал телефонный звонок.
Элен вздрогнула. Через десять секунд раздался еще один. И наконец, когда телефон прозвучал в третий раз с прежним интервалом, Шарль, поняв, что на том конце набирают номер специально уже в третий раз, поднял трубку и передал ее миссис Дейли.
— Это музей? — раздался голос Чанга.
— Нет, вы ошиблись.
— Странно.
