В корнуолльском селе Фолбридж оказался загадочным местом, где каждый знает каждую тайну. Райан узнал про дом "Трирн", вызвав поразительный интерес в госте, несмотря на общепринятые версии. Книга держит вас на грани открытий, как и положено приключениям.
– Одному Богу известно! Но, скажу вам, Кэрстайрс, мне страшно. Эти звуки означают угрозу.
– Угрозу, – спросил я быстро. – Кому?
Он развел руками.
– Не могу сказать.
Вскоре после ужина я понял значение его слов. Мы сидели в зеленой гостиной, как и в вечер моего приезда, когда послышалось громкое настойчивое мяуканье кота за дверью. Но на этот раз в нем совершенно ясно слышалась злоба. То был свирепый кошачий вой, долгий-долгий и угрожающий. И лишь только он прекратился, латунная ручка по ту сторону двери загремела, как если бы ее дергала кошачья лапа.
Сэттл поднялся.
– Клянусь, это не галлюцинация, – вскричал он. Он кинулся к двери и распахнул ее.
Там ничего не было.
Он вернулся, вытирая лоб. Филлис сидела бледная и дрожащая, лицо леди Кэрмайкл смертельно побелело. Только Артур, свернувшийся калачиком, как ребенок, и положивший голову на колени мачехи, был спокоен и безмятежен.
Мисс Паттерсон положила свою руку на мою, и мы пошли к лестнице.
– О! Доктор Кэрстайрс, – вскричала она. – Что это такое! Что все это означает?
– Мы еще не знаем, моя дорогая юная леди, – ответил я.
Она посмотрела на меня с сомнением:
– Вы так думаете?
– Я уверен, – ответил я утвердительно. Я вспомнил, как любовно серый кот вился вокруг ее ног, и у меня не было опасений. Опасность угрожала не ей.
Я несколько раз погружался в сон, но едва я впадал в тяжелую дремоту, как тут же пробуждался с каким-то неприятным чувством.
– Вы слышите это, Кэрстайрс? – вскричал он. – Вы слышите это?
Мы быстро подошли к двери леди Кэрмайкл. Мы ничего не заметили, но шум прекратился. Наши свечи отражались на сверкающих панелях двери леди Кэрмайкл. Мы поглядели друг на друга.
– Вы знаете, что это было? – полушепотом спросил он.
Я кивнул.
– Кошачьи когти что-то раздирали.
Меня била легкая дрожь. Вдруг я вскрикнул и опустил свечу, которую держал в руке.
– Посмотрите сюда, Сэттл.
Сиденье кресла, стоявшего у стены, было разодрано на длинные полосы…
Мы внимательно осмотрели его и переглянулись. Я кивнул.
– Кошачьи когти, – сказал он, сдерживая дыхание.
– Ошибиться невозможно. – Он перевел глаза от кресла к закрытой двери. – Вот кому угрожает опасность. Леди Кэрмайкл!
В эту ночь я больше не заснул.
