В корнуолльском селе Фолбридж оказался загадочным местом, где каждый знает каждую тайну. Райан узнал про дом "Трирн", вызвав поразительный интерес в госте, несмотря на общепринятые версии. Книга держит вас на грани открытий, как и положено приключениям.
Я с готовностью согласился.
Мы вышли вместе. Нашей целью был маленький коттедж на самой окраине деревни. Фолбридж – удивительно живописное место. Он расположился в устье реки Фол, главным образом на восточном берегу, западный слишком крут, для того чтобы на нем возводить постройки, хотя несколько коттеджей все же здесь было. Коттедж доктора прилепился к самому краю обрыва. Отсюда, глядя вниз, вы видели, как могучие морские волны разбивались о черные скалы.
Маленький домик, к которому мы сейчас направлялись, находился в ложбине, из которой моря не было видно.
– Здесь живет районная сестра-сиделка, и я устроил сестру Марию-Анжелику к ней на полный пансион. Это очень удобно, ведь она теперь находится под постоянным квалифицированным наблюдением.
– А ее поведение нормально? – спросил я с любопытством.
– Через минуту вы сами сможете судить об этом, – ответил доктор, улыбаясь.
Районная сестра, коренастая симпатичная малышка, собиралась садиться на велосипед, когда мы подошли.
– Добрый вечер, сестра, как ваша пациентка? – обратился к ней Роуз.
– Без изменений, доктор. Сидит сложа руки, и мысли ее витают где-то далеко. Часто она не отвечает, когда я к ней обращаюсь, хотя английский язык она знает теперь достаточно хорошо.
Роуз кивнул и, когда сестра укатила на своем велосипеде, резко постучал в дверь и вошел в дом.
Сестра Мария-Анжелика лежала в шезлонге у окна. Она повернула голову, когда мы вошли.
Лицо ее было необычным – бледным, почти прозрачным, с огромными глазами.
– Добрый вечер, сестра, – сказал Роуз по-французски.
– Добрый вечер, доктор.
– Разрешите представить вам друга – мистера Энстразера.
Я поклонился, и она наклонила голову со слабой улыбкой.
– Ну, и как вы сегодня чувствуете себя? – спросил доктор, усаживаясь рядом с ней.
– Я себя чувствую как обычно. – Она замолчала и тут же продолжила: – Для меня все нереально. Прошел ли день – месяц – год? Я с трудом это понимаю.
– Вы все еще много грезите?
– Всегда, всегда, и – вы представляете – сны для меня более реальны, чем жизнь.
– Вы видите во сне свою родину – Бельгию?
– Я вижу во сне страну, которая никогда не существовала. Но вы это знаете, доктор. Я много раз вам рассказывала. – Она остановилась, а затем резко сказала: – Но, может быть, этот джентльмен тоже доктор – специалист по заболеваниям мозга?
– Нет, нет.
