Странно и трепещуще мне давно сны снились — во мраке тьмы я видела себя девочкой-попаданкой, пытавшейся выжить в мире, где каждый день был опаснее предыдущего. Но вот пришла очередь страсти на мою голову, и теперь я не знаю, кого из героев больше жалеть — их горячих тел или самого себя, попавшего в неведомый сон-книжный мир....
Алан удивлённо смотрел на меня, неужели думал, я смогу пройти мимо человека в беде. Я хотела, но рассказывать про это точно не буду.
Я, в свою очередь, под удивлённым взглядом Имары рассказала о том, что происходило со мной. Чем мне нравилась домоправительница — она могла слушать без вопросов. Она просто приняла тот факт, что я другой человек в этом теле. Я сомневалась, стоит ли рассказывать Имаре о том, что я не потеряла память. И не рассказывала, но она не дура — теперь сама догадается.
Хорту было неприятно слушать, как Джулиан меня домогался, но он просил рассказывать все слова кузена в точности, хмурил брови и раздувал ноздри.
— Я понял, что Джулиан виновен в моём отравлении и заражении целой деревни, — устало сказал Хорт. — Амалия, судя по всему, играет в свои игры, но обоих ждёт казнь.
— Жёстко, — сказала я.
— Врагов нельзя оставлять за спиной, Альрина, — сказал Алан. — Они имеют свойство появляться в самый сложный момент жизни и бить в спину.
Моя гвардия уже прибыла. Они ждут в городе уже несколько недель. Но сегодня Пай получил вестник из замка — Джулиан сбежал. Бросил мать и сестру в темнице, сам скрылся. Гадёныш имел сильный артефакт, взорвал стену, погибли стражи, которые пытались его задержать. И то, что он заразил их тьмой, подтверждает, что Джулиан продался тьме.
— Какой ужас! — воскликнула Имара.
— Я хочу, чтобы вы не высовывались из поместья, Альрина, — сказал Алан.
— И ты молчал? — спросила я.
— А что бы изменило то, что ты знаешь? Зачем волновать тебя раньше времени?
— Я имею право знать, если это касается меня!
— Это не касается тебя, — твёрдо сказал Хорт. — Чёрные — в землях барона Мигла. А вы сидите здесь. Твоя сила поможет избежать заражения, даже если всё поместье накроет купол тьмы.
Имара удивлённо посмотрела на меня, потом перевела вопросительный взгляд на Хорта, но тот её проигнорировал, продолжая нудно объяснять, что мне нужно делать. Теперь, когда я знала, что он мой муж, хотелось протестовать и возмущаться его самоуправству ещё больше.
— Защитники не дадут чёрным пройти, Альрина, но это только на твоей земле. Услышь меня — береги себя.
— Я присмотрю за ней, — кивнула Имара.
Я недовольно посмотрела на свою домоправительницу.
