Автор
После школы выловили из одноклассниц, как курятину — потаскали за волосы, втоптали учебники в грязь. Несущая слухи о любовных интрижках с Джеймом, красотка Лиза превратилась в зловещего короля школы-стервы. Но даже она не могла выдержать, когда Джейми поцеловал меня во время lunchtime, а потом пальчиком убрал майонез с моих губ....
Никто не заслуживал знать.
Даже он.
Когда Вселенная перестает лупить тебя по голове и вдруг посылает маленький лучик света – никому не говори. Молчи. Пусть этот луч принадлежит только тебе. Внезапным счастьем, как и ворованными конфетами, нужно наслаждаться тихо, молча и втайне от всех.
Но глупо было надеяться, что мое спасительное уединение протянется хоть сколь-нибудь долго. Прошло два месяца с момента отъезда Боунса. Ранним декабрьским утром я открыла дверь после звонка, ожидая курьера из магазина, и судорожно вытянулась по струнке.
– Я знаю, что поступила ужасно, – начала она. – Скай, если бы я только могла отмотать время обратно!
Я даже ничего не смогла ответить. Если нужно было отвечать. Просто закуталась поплотнее в кардиган, пряча животик и футболку Боунса, в которой ходила уже третий день, и махнула рукой, приглашая Фиону войти. Она не заметит, она все равно ничего не заметит. Мало ли, отчего я пополнела.
"Но едва успела прикрыть дверь, как снова раздался звонок: на этот раз на пороге возник ослепительно улыбающийся паренек с огромной коробкой у ног и связкой разноцветных воздушных шариков в руке.
– Доставка из магазина «Малыш-крепыш»! – громко объявил он, протягивая мне связку. – Вы заказывали детское автокресло?
Я втянула голову в плечи, абсолютно точно зная, что Фиона тоже это услышала.
– Да, заказывала, – пробормотала я, поборов желание выпроводить и курьера, и Фиону.
Думаю, я была первым в мире клиентом, который встретил детское автокресло с таким похоронным выражением лица. Курьер затащил в дом коробку с нарисованными улыбающимися карапузами. Я расписалась на бланке доставки и медленно прикрыла дверь за пареньком.
– Скай, – выдохнула Фиона и кинулась меня обнимать. И эти объятия – искренние, крепкие, сестринские – чуть не прорвали дамбу, которую я так долго строила вокруг своего бездонного резервуара слез.
– Это то, что я думаю?
– Это то, что ты думаешь, – сдалась я.
– Сукин сын, – выпалила она.
– Он здесь ни при чем…
– Ни при чем? – округлила глаза Фиона, указывая взглядом на коробку с детским автокреслом. – А по-моему, очень даже при чем. Слава богу, его посадили! Ублюдок!
– Как посадили? – моргнула я.
– Посадили. Пожизненно. О боже, Скай, ты не думала об аборте?
Я нахмурилась, недоумевая, что она несет.
