Автор
Прошка с грудью перехватывает дыхание, несется по улице в темноте. Крики "Дердзи его!" разносятся за спиной. Оставляя позади след от бараньей ноги, он стремительно мчится к переулку, надежды что их заметят лишь благодаря ударам сердца. Удавятся ли китайцы из-за маленькой порции мяса?...
Выбирала куски мяса помягче, расщипывала их на волокна и аккуратно вкладывала Первоходу в рот. Он жевал медленно, словно бы с усилием, и по-прежнему не открывал глаз.
– Давай, дружище, – тихо приговаривал, сидя рядом, Хлопуша. – Коли не будешь есть, не поднимешься.
Еще через час Глеб снова стал дрожать. Лесана долго вглядывалась в его лицо, потом прильнула к его груди и так же долго слушала. Затем нахмурилась, взглянула на Хлопушу и вдруг распорядилась:
– Отвернись, здоровяк.
– Зачем? – не понял он.
– Не хочу тебя смущать.
Хлопуша удивленно хмыкнул и приподнял густые, белесые брови.
– И чем же ты можешь меня смутить, милая?
– Вот этим, – сказала Лесана и, быстро скинув куртку, принялась развязывать тесьму на своей рубахе.
Хлопуша не мог поверить в ее намерения, пока она не стянула рубаху через голову и не обнажила грудь. Тогда он покраснел и поспешно отвернулся.
– Какого лешего ты делаешь, травница? – сердито спросил он.
Лесана не ответила. Она полностью освободилась от одежды, затем забралась под куртку, которой был укрыт Первоход, и тесно прижалась к нему своим голым гибким телом.
– Забросай нас сухим мхом и лапником, – приказала она Хлопуше.
Здоровяк, что-то тихонько ворча себе под нос и стараясь не глядеть на травницу, сделал то, что она просила, оставив снаружи только лица Первохода и Лесаны.
– Думаешь, так он согреется быстрее? – спросил он, управившись с работой.
Лесана не ответила.
Хлопуша еще немного постоял, глядя на укрытых лапником и мхом спутников, потом вздохнул, повернулся и побрел в лес, намереваясь вернуть часть жидкости природе.
– Везет же этому Первоходу, – тихо бормотал он. – Не понять, в чем душа держится, и дышит-то через раз, а все ж умудрился уложить себе под бок голую девку. Вот это мужик.
А Лесана, крепко прижавшись к Глебу, тихо шептала ему на ухо:
– Бросит пищу ворон… Заиграет кровь… Утомленный воин станет сильным вновь…
2
Ночь прошла без происшествий. Костер совсем погас, но свет зари уже начал пробиваться сквозь ветви деревьев.
Лесана открыла глаза и встретилась взглядом с Первоходом. Он лежал на боку и внимательно разглядывал ее лицо. Лесана слегка отстранилась от него и удивленно проговорила:
– Ты пробудился?
– Да, – тихо ответил он.
