Автор
Прошка с грудью перехватывает дыхание, несется по улице в темноте. Крики "Дердзи его!" разносятся за спиной. Оставляя позади след от бараньей ноги, он стремительно мчится к переулку, надежды что их заметят лишь благодаря ударам сердца. Удавятся ли китайцы из-за маленькой порции мяса?...
– Мы примем бой! А дальше будь что будет!
Глеб, не отвечая ему, спустил стрелу с тетивы.
Стрела со свистом рассекла воздух. Хлопуша издал воинственный клич и ринулся было вперед, но вдруг остановился с открытым ртом.
Волхвы, все как один, схватились за грудь, споткнулись и стали заваливаться вперед. Зрелище было жуткое – будто кто-то наставил по всей окружности поляны зеркал, и зеркала эти отражали одно и то же. Люди, закутанные в серые плащи, еще стояли на ногах, как вдруг стали исчезать, один за другим. Будто растворялись в прохладном воздухе.
Наконец, на поляне остался лишь один волхв. Он вновь пошатнулся, но не упал, а лишь опустился на одно колено. Хлопуша увидел, что из его правого плеча торчит оперенный конец стрелы.
– Ты поразил волхва стрелой! – воскликнул Хлопуша. – Лесана, ты видела? Первоход поразил волхва стрелой!
Лесана молча двинулась с места и, сжимая в руке меч, зашагала к волхву. Хлопуша встрепенулся и в несколько прыжков нагнал ее. К раненому волхву они подошли вместе. Чародей стоял на коленях, низко склонив голову, лицо его было скрыто под наголовником.
Хлопуша, свирепо ухмыляясь, протянул к волхву левую руку, схватил его за шиворот и одним рывком поднял на ноги.
– Попался! – с гневной усмешкой проговорил он. – Идем-ка со мной!
И, не слушая возражения Лесаны, богатырь потащил упирающегося волхва к Глебу. Швырнув злоумышленника к ногам Первохода, Хлопуша с торжествующим видом сдернул с его головы капюшон, но вдруг замер с открытым ртом.
– Паромщик Довгуш? – не веря собственным глазам, пробормотал он.
Волхв взглянул на него снизу вверх черными, пронзительными глазами и кивнул:
– Да, это я.
– Значит… ты и есть волхв? – продолжая недоумевать, вымолвил Хлопуша.
– Верно, – снова кивнул черноусый паромщик. Усмехнулся и добавил: – Не ожидали?
– А… где же остальные волхвы? – растерянно спросил Хлопуша. – Куда они подевались?
Взгляд паромщика похолодел, и он отчеканил:
– Разве ты не понял? Их больше нет. Твой друг расправился с ними. – Довгуш перевел взгляд на Глеба и с ледяной усмешкой добавил, по-прежнему обращаясь к Хлопуше: – Должно быть, у твоего друга была заговоренная стрела, здоровяк.
– Значит, ты все время был один? – строго спросила Лесана. – И других волхвов нет?
– Ты все видела, травница, – хмуро взглянув на девушку, заявил Довгуш.
Лесана посмотрела на Глеба.
– Первоход, как ты догадался, что он один?
Глеб устало опустил голову на мягкий ворох мха и негромко ответил:
– У меня неплохой слух.
