Знай хлопок! Взвыла атмосфера ожидания и напряженной готовности — сто парней на трассе, каждый из которых считает себя лучшим гонщиком. Серый дымок и нестройная пальба смешиваются в небывалой музыке скорости. Глаза устремлены на мигающий ствол пистолета — игра на выживание, где победителем может стать только тот, кто силен духом и талантом....
Обратный путь показался неожиданно коротким, и они удивились тому, как быстро вышли к пролому в бетонной стене.
— Дальше сами найдете, — уже откуда-то издали сказал провожатый и исчез в темноте.
Он прошел несколько десятков метров, нырнул под вагон, и тут у него в кармане часто загудела маленькая рация. Он поднес ее к уху и стремительно ринулся назад, вслед за теми, с кем только что расстался, на бегу сбросив предохранитель бесшумного пистолета.
* * *Едва Перегудов и Пастухов покинули вагон, тот, что разговаривал с ними, включил маленькую мощную рацию и тотчас раздался мужской голос — видимо, ждал вызова.
— Слушаю! Закончил с ними?"
"— Закончил. Тут какие-то странные дела. Похоже, после того как мы с ними поработали на дороге и нас спугнули, их кто-то перехватил у гаишников. Они были на какой-то даче.
— На какой еще даче?
— Они сами не знают. Попробовал раскрутить, чтобы вспомнили детали… — Раскрутил?
— Какая-то херня. Каминный зал, модель подлодки с золотым перископом на телевизоре.
Человек, который услышал это в другом районе Москвы, между Пречистенкой и Гоголевским бульваром, в этот момент почувствовал, что у него заныло под ложечкой.
Он сразу понял, что это за дача. Он бывал там не раз, в этом загородном особняке, у того камина. Что же касается подводной лодки — голубой, со сверкающим золотым штырьком перископа над ходовой рубкой, — то, как было ему не знать ее, если он сам ее и подарил на пятидесятилетие хозяину этого дома.
— Это все? — спросил он человека в вагоне.
— Еще тут, какая пенка… Если верить этим козлам, наш Нефедов гуляет налево.
Будто бы он вез их с той дачи в Москву. На каком-то «мицубиси».
— Ты хоть понимаешь, что это значит? — рявкнула рация. — Это ведь он и подсунул нам эту команду! Это провал! Слушай приказ: Нефедова взять, изолировать, допросить так, чтобы сам о смерти молил. Тех шестерых в распыл, пока еще не напели. Обрезать все концы!
— Они знают о Кубинке, — сказал человек в вагоне.
— Тем более! Кубинку отставить и забыть! — после секундного размышления приказала рация. — Переносим на запасную базу. Время то же. Менять уже нельзя.
Сообщи всем. Выполняй немедленно! Исполнение доложишь.
— Понял!
— Где те двое?
— Уже ушли. Наши повели их.
— Так ты их выпустил, мудила?! Вернуть! Дальше — согласно моему приказу. Но сначала вытрясешь из них все!
Рация смолкла. Человек в вагоне поднес к губам переговорное устройство ближней связи.
