Ведущий исследователь сталинской эпохи, получивший доступ к засекреченным архивным документам, переосмысляет ключевые события XX века. Основываясь на уникальных источниках, автор предлагает сенсационную версию истории, бросая вызов устоявшимся представлениям о советском периоде.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Гордиться, а не каяться!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Ведущий исследователь сталинской эпохи, получивший доступ к засекреченным архивным документам, переосмысляет ключевые события XX века. Основываясь на уникальных источниках, автор предлагает сенсационную версию истории, бросая вызов устоявшимся представлениям о советском периоде.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ведущий исследователь сталинской эпохи, получивший доступ к засекреченным архивным документам, переосмысляет ключевые события XX века. Основываясь на уникальных источниках, автор предлагает сенсационную версию истории, бросая вызов устоявшимся представлениям о советском периоде.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если мы этого не сделаем, то это сделают немцы, отрежут нам путь на Запад, к нашим — дальше следует смешное слово «нейтралам». Война еще не началась, нельзя было говорить ни о союзниках, ни о противниках.
Но этого ведь не сделали — не высадились на Шпицберген. По какой причине?
К сожалению, документ попал на исполнение к Микояну, который ничего не понимал ни в военных, ни в морских делах и гарантировал, что шахты «Арктикугля» на Шпицбергене будут продолжать работу. Он решил, что только это и требуется. Через год, в 1940-м, опять же в августе, наркомат иностранных дел подает наверх ту же записку: необходимо занять Шпицберген…
Но уже было поздно: Норвегию оккупировала Германия.
Да, наша высадка на Шпицбергене означала бы начало войны. Вот вам и вся «агрессивная политика» СССР в 1940 г.!
Кстати, после 22 июня идея высадки на норвежской территории полностью отпала?
Нет, мы неоднократно заявляли о желании это сделать: Молотов и Сталин настаивали на этом во время переговоров с Иденом и Черчиллем, предлагали высадиться в районе Петсамо — Киркинесс, но англичане не захотели.
Ладно, оставим союзников. Давно и много говорят о том, что после нападения Германии на Советский Союз Сталин якобы растерялся…
…И впал в прострацию? Это не так. Просто человек, который ощущал свою ответственность за подготовку страны к обороне, который делал все, чтобы отодвинуть войну, но не смог это сделать по объективным причинам, оказался в подавленном моральном состоянии. Все разговоры о том, что когда к нему приехали Молотов, Берия, Маленков и Микоян, то Микоян якобы прочитал в глазах Сталина страх: а не арестуют ли? — сущая чепуха, чистый вымысел!
Но ведь Микоян примерно так написал? Почему?
Это за него придумали! В 1972 г. я с ним готовил для АПН материал, который впоследствии стал главой воспоминаний Анастаса Ивановича, и по личной практике знаю, что сам он ничего никогда не писал. Не умел, не дано было! Он был талантливым государственным деятелем, но написать даже одну страницу не мог! Он предлагал другим, если речь шла о воспоминаниях, сделать подоснову, а сам, прочитав, вносил какие-то живые моменты…
Вы с ним о начале войны не говорили?
Говорил! Он рассказывал о начале войны, о ГКО, но ни слова — о том самом страхе Сталина. Это появилось гораздо позже, может быть, уже и после смерти Анастаса Ивановича.
Как вы относитесь к расхожему утверждению о том, что Сталин не верил сообщениям разведки?"
"Это опять же ложь — по незнанию или сознательно! Дело в том, что руководители нашей разведки — и военной, и НКВД — после начала Второй мировой войны стали очень опасаться за свою карьеру.
