Автор
Кристина шаркает ногами по дому, готовясь к встрече, когда внезапно замерла у порога. Перед ней стоят отец ее сына, называемый всеми "Гордым", - человек, чьему возвращению она искренне радуетсья. Взгляды встретились — и Кристина понимает, что между ними лежит грандиозная тайна....
Сперва достаю все самое необходимое.
И да, кровать сыну хотелось бы поставить отдельную, спасибо Гордею, комнату выделил большую. Да он и не скупился никогда.
Его фраза «никого сюда не водить» – как ножом по живому. Кого он думает я приведу?! Мужчину?! А ему? Ему можно водить женщин? Даже думать неприятно, как много женщин бывает в его постели…
Разбираться я буду несколько дней. Пожалуй, пока быстро просмотрю кроватки, а вечером углублюсь в поиск.
И вдруг до меня доносится громкий плач сына. Выскакиваю из комнаты как ошпаренная.
Собака сидит на полу с прискорбным выражением на морде. Андрей стоит возле дивана и орет. Из глаз катятся слёзы. Гордей, абсолютно сбитый с толку, пытается сына успокоить.
– Не, ну че вот ты начинаешь? – разводит руки в стороны. – Ты скажи нормально. Что ты хочешь. Я ж не знаю!
Чарли присоединяется к хозяину и возмущённо гавкает, но тут же поджимает уши и хвост.
Андрей указывает на полку над диваном. Я стараюсь понять, что именно сын пытается объяснить.
– Ты хочешь что-то отсюда?
Малыш затихает.
– Да! – кивает головой.
– Ну так бы сразу и сказал, – Гордей переводит дух. Но лицо у него совсем растерянное. – Это? – хозяин квартиры достаёт с полки что-то металлическое.
Сыночек машет головой. Нет, что-то другое.
– Вот это? – указывает на темную урну или пепельницу, не знаю, что.
Андрей вновь отрицательно машет головой.
А воодушевление в голосе Гордея блекнет.
– Ээээто? – нехотя продолжает предлагать свои вещи.
– Неа, – сын указывает на…
– Не-не-не, – с перепуганным видом Гордей уставился на сына.
– Да! – Андрей подпрыгивает от радости и тянет ручки к желанной «игрушке». – Мя, мя!
Гордей замирая смотрит на сына. На лице уже следы паники.
– Те…тебе точно кошка нужна?
– Да!
– Не, ну погоди. Давай как-то… договоримся как-нибудь…. Ее просто нельзя брать, это не игрушка.
Слово «нельзя» – это как красная тряпка для быка…
Андрей вновь начинает кукситься, оттопыривает нижнюю губу.
"– Мя-мя, – зовёт кошечку. В глазах слёзы, и я приближаюсь и обнимаю сыночка, но он меня отталкивает и вновь пальчиком показывает на сфинкса.
– Слушай, я вот тебя сейчас по-родственному прошу. Не трогай, а?
Андрей вновь громко плачет, крепко зажмуриваясь.
А я пытаюсь его успокоить, шепчу ласковые слова, обещаю найти любимую игрушку и стараюсь увести в комнату.
