Автор
Кристина шаркает ногами по дому, готовясь к встрече, когда внезапно замерла у порога. Перед ней стоят отец ее сына, называемый всеми "Гордым", - человек, чьему возвращению она искренне радуетсья. Взгляды встретились — и Кристина понимает, что между ними лежит грандиозная тайна....
Но сейчас я полностью на стороне Гордея.
– Сам чуть не слетел с полки. Кошку разбил. В папин кабинет больше не ходить! Ты понял? – нависаю над сыном.
– Да, – понял он…
Слёзы льются градом. Обычно Андрюша орет на весь дом, когда плачет, а тут молчит, крокодиловы слёзы катятся по щекам. Губы плотно поджаты, весь в отца. Подбородок сморщен. Сделанного не воротишь. Уверена, Гордей в душе тоже плачет.
Эта кошка как символ. Того, что мы с Гордеем не смогли уберечь. Того, что так сладко начиналось…
– На, – раздаётся из-за спины.
Гордей протягивает фигурку кошки, которую не так давно купил сыну взамен алебастровой.
Андрей на неё даже не смотрит, горестно тянется ручками к отцу. Как только тот берет сына на руки, малыш утыкается ему в шею, крепко схватившись, и начинает громко рыдать. Навзрыд.
– Эй, ну хорош. Ну все, больше разбивать нечего, – он в затруднении, не знает, как реагировать. – Я сильнее расстроился.
У меня сердце разрывается, но Андрей знал, что нельзя лезть.
– Вон смотри, какая погода хорошая. Самолёт летит.
– Где? – тут же отзывается сын. Дёргается. Оборачивается.
– Вон. Не видишь, что ли?
– Неть, – заинтересованно разглядывает небо. Он уже действительно болтает!
– Ну правильно, улетел уже, пока ты тут ныл.
Андрей снова начинает кукситься.
– Хочешь, опять пойдём гулять? Заодно будем самолёты считать.
– Да, – неуверенно откликается сынок.
– Пошли, ты позавтракаешь, – обращается уже ко мне, и я чувствую тёплую руку на талии. Гордей прижимает к себе. Обнимает нас с Андрюшей одновременно. – И погнали гулять.
Сбоку раздаётся громкий лай. Двухцветный пушистик снова у ног хозяина.
– Ой, да без тебя-то куда, – отмахивается от пса, – иди поводок готовь."
"Чарли два раза повторять не надо.
– Ты слишком к нему мягок, – бросаю словно между делом, когда мы уже вышли на улицу. – Он знал, что туда нельзя лезть. И вообще заходить в твой кабинет.
– Я сам дверь не закрыл. И мы договорились, что он больше не будет.
– Ну-ну. Ты себя слышишь? Ребёнку почти три года. Ты в принципе сейчас не сильно отличаешься. Договорился он… – бурчу, да. Потому что мне кажется, что Андрей из Гордея верёвки вьёт.
