Автор
Пенни взглянула на Санто Ди Люки и сразу поняла - перед ней сидел человек, которого едва можно было назвать обычным. Его глаза были темно-черными, словно черная ночь без звёзд, а длинные ресницы и брови делали его взгляд не менее глубоким и проникающим, чем сам тёмный океан. Эти созвездия взгляда заставляли дрожать все нервы Пенни, готовясь к тому, что ждёт её дальше....
Я подумал, что вы не будете против прогулки по берегу: там веет ветерок, а на веранде бывает душно.
Пенни кивнула:
— Жарко."
"Дверь закрылась, отгораживая их от внешнего мира. Не дыша, Пенни прижалась к холодной металлической стене и закрыла глаза.
— Вы не любите лифты? — обеспокоенно спросил Санто.
— Нет. Однажды я застряла в нем на три часа.
Ее это не слишком беспокоило, она вспомнила об этом, только когда он спросил, но это было оправдание для ее поведения. Его руки немедленно прижали ее к нему.
— Вы должны были сказать, ведь есть и лестница, длинная, но…
Пенни не слушала его, сосредоточившись на ударах их сердец, бьющихся в унисон, и молясь, чтобы они побыстрее приехали, но когда губы Санто нашли ее рот, она поняла, что пропала.
Глава 7
Санто целовался примерно на тринадцать по шкале от одного до десяти. Пенни забыла, где она, чувствуя только вкус его губ и жар его тела, крепче прижимаясь к нему и возвращая поцелуй с горячностью, о которой, она знала это, потом пожалеет.
— Все кончилось. — Голос Санто и струя горячего воздуха, ворвавшаяся в открывшиеся двери, привели ее в чувство.
Ошеломленная прорывом эмоций, Пенни сделала шаг назад и покачнулась. Сильная рука немедленно поддержала ее.
— Простите, — сказала Пенни.
— За что? — Санто улыбнулся уголком губ. — За поцелуй или за то, что вы боитесь лифтов? Если поцелуй помог вам отвлечься от своего страха, я думаю, он достиг своей цели и вам не за что извиняться.
— Мне не следовало позволять вам.
Это была большая ошибка, у которой могли появиться катастрофические последствия: она дала ему понять, как легко ею управлять, и боялась, что этот поцелуй повлечет за собой что-то еще. Сопротивляться Санто было трудно, а в этом волшебном месте и вовсе невозможно, и она даже не знала, хотела ли сопротивляться. Сейчас у нее было чувство, словно ей дали подержать главный приз и сразу отняли его.
