Жила бы где-нибудь поблизости, я бы к ней сейчас, пожалуй, еще раз зашел, чтобы поднять себе настроение. Но не тащиться же обратно в Новый Город. Разве только Темным Путем… Нет, что-то пока не хочется.
— Давай-ка провожу тебя домой, — сказал я призраку. — Уже смеркается, еще немного, и люди начнут шарахаться от тебя с воплями.
— Столичные жители, а ведут себя как невежественные фермеры, — буркнул он. — Можешь не провожать, я сам доберусь. А то будешь потом ныть, что я тебе работать не даю.
Я ушам своим не поверил: в кои-то веки столь разумные речи.
— И все-таки давай я тебя провожу. Работа еще несколько минут подождет, а мне будет спокойнее.
— С каких это пор ты стал обо мне беспокоиться?
— С недавних, — честно признался я.
— Лучше поздно, чем никогда, — сварливо сказал отец. Кажется, он уже жалел, что так легко согласился с моим предложением.
Возле дома призрак окончательно пал духом и принялся многословно сетовать на предстоящую скуку, но тут уж я проявил твердость, развел руками — дескать, прости, ничем не могу помочь — и был таков. Стремительно пересек Гребень Ехо и свернул под мост, где можно было спрятаться от посторонних глаз и изменить облик. Но не успел. Меня тут же цепко ухватили за полу лоохи. Я еще не успел обернуться, а уже понял, кто это. У старшины наших портовых нищих дыхание пахнет медом, как у всех уроженцев Уандука. Как он ни старается перебить этот запах выпивкой, табаком и дешевой жратвой — все без толку.
— Хороший день, Коба, — сказал я. — Рад тебя видеть.
Это была чистая правда. У Кобы светлая голова, пронырливый ум и трезвый взгляд на вещи. Когда он перестает ломать комедию и прикидываться никчемным попрошайкой, ему и вовсе цены нет. При том что Коба ловкач каких мало и предлагает помощь только в тех случаях, когда это по каким-то, далеко не всегда очевидным мне причинам выгодно ему самому, пользы от него много больше, чем от дюжины моих лучших агентов.
— Я тебя тут нарочно караулю, — сказал Коба. — Видел, как ты шел домой, чуть ли не в обнимку с каким-то мертвецом, не стал вас останавливать. Стоял, прикидывал, послать зов или подождать, пока назад пойдешь, не ломиться же к тебе в дом в таком виде. Пока думал, ты сам пришел.
— А что, призрака уже было видно? — огорчился я. — Вроде еще светло.
— Ты что ж, думаешь, я их только ночью вижу, как все? — изумился Коба. — Обижаешь.
— Ну извини, — ухмыльнулся я.
