Автор
Шотландия весной 1481 года: Лукас избегает теплая кожа монашеского одеяния, сжимая зубы от неудобства. Он понимает, что его двоюродный брат Мэтью, вероятно, вынужден каждый день подвергать себя такому страданию за свою веру. Вопреки всем жертвам и испытаниям, Лукас все еще тоскует по свободе и обычной жизни....
Мы же можем слушать везде, где проложен секретный ход в стене крепости.
– Включая личные покои Агнес и ее спальню, – добавил Лукас. – В тех местах, где, как ей кажется, она может свободно разговаривать, ничего не опасаясь. Итак, мы составим график дежурства. Наши люди будут следить за ними день и ночь, сменяя друг друга в том же порядке, как если бы они стояли на страже ворот или на стенах крепости."
"Лукас зашел в крохотное помещение, где стояла ванна, и слегка улыбнулся. Кэтрин чуть ли не с головой ушла под воду, ее глаза были закрыты, а в воздухе витал аромат лаванды.
– Я не верю, что тебе может быть стыдно, – сказал он.
– Это совсем другое, хоть я и не могу объяснить почему, – произнесла Кэтрин. – Чем закончился ваш разговор? Не думаю, что у кого-то вдруг возникла блестящая мысль, как положить всему этому конец и избавить Данлохан от Агнес и Ранальда.
Забрав у нее из рук мочалку, Лукас начал тереть ей спину.
– Нет, – ответил он. – Мы только решили, что нам надо тщательно следить за ними. Вообще не спускать с них глаз.
– Что ж, это может сработать. Агнес всегда любила похвастаться своими планами. – Она вздохнула, облокотилась головой о бортик ванны и сказала: – Просто это место, которое раньше казалось мне убежищем, стало больше напоминать темницу.
– Я чувствую то же, что и ты, хоть и пробыл тут гораздо меньше вас всех.
– Значит, Агнес победила.
– Нет, она просто пока еще не проиграла.
– И ты не думаешь, что она может выиграть?
– В сражении с нами – нет.
– Почему? Потому что мы хорошие, а она плохая?
– Нет, – улыбаясь, ответил Лукас.
– Да, это похоже на нее. Но какое отношение это имеет к победе в той грязной игре, которую начал мой отец?
– В Агнес нет терпения, нет любви к земле.
