Автор
Шотландия весной 1481 года: Лукас избегает теплая кожа монашеского одеяния, сжимая зубы от неудобства. Он понимает, что его двоюродный брат Мэтью, вероятно, вынужден каждый день подвергать себя такому страданию за свою веру. Вопреки всем жертвам и испытаниям, Лукас все еще тоскует по свободе и обычной жизни....
Когда Кэтрин упала назад, в подставленные Лукасом руки, он проигнорировал ее слабые протесты и заверения, что у нее хватит сил самой о себе позаботиться, и отнес ее на кровать. Потом он нашел немного воды, сел на край кровати и держал перед ней кувшин, пока Кэтрин несколько раз промывала ей рот. После этого она откинулась на подушки и закрыла глаза. Лукас взял кусок материи, намочил его и принялся осторожно умывать ею лицо. Кэтрин выглядела очень бледной, и иногда с ее губ срывался еле слышный стон.
– Слишком много вина? – мягко спросил Лукас, когда аккуратно, стараясь не потревожить ее, забрался под одеяло и так же медленно привлек в свои объятия, радуясь тому, что Кэтрин не стала противиться его попытке успокоить ее.
– Нет.
Лукас опустил на нее взгляд. Он скорее догадался, что сказала Кэтрин, чем услышал это слово – таким хриплым был ее голос. Потом ее тело постепенно обмякло, а дыхание стало спокойным. Поняв, что Кэтрин сейчас заснет, Лукас тоже расслабился. Ему казалось, что если бы ее тошнило от большого количества выпитого вина или съеденной жирной пищи, то она не смогла бы сейчас так легко погрузиться в сон.
– Вот видишь, Кэт? Тебе нужен человек, который будет ухаживать за тобой, – пробормотал он.
Подумав на эту тему, Лукас понял, что ему хотелось бы, чтобы у него был кто-то, за кем нужно присматривать. Конечно, эта мысль стала еще приятнее, когда оно уверенностью решил, что Кэтрин его забота будет нужна лишь время от времени. Она ведь здоровая, сильная женщина, которая и без подсказок со стороны мужчин знает, что ей делать. Вот почему забота о Кэтрин из каждодневной обязанности превращалась в истинное удовольствие.
Его мысли быстро вернулись к утреннему происшествию.
