В пятницу вечером лица на соседние столики расступаются для более взрослого развлечения. Многие из них — мальчики с папиными кошельками, но мне нужно что-то посерьезнее. Столы переполнены взрослыми, готовыми насолить отцу в ближайшие дни.
Какой она вырастет? Инфальтивной, не умеющей ничего самостоятельно делать, принимать решения, так как все делали за неё. Не верю я в глобальную проблему её молчания, все на поверхности. Ты, как отец, должен сделать все, что можно и нельзя, но пока я вижу и слышу одни отговорки и тысячу тупых причин не шевелить задницей.
— Я не хочу сейчас об этом говорить.
— Ты и раньше не хотел, и потом не захочешь. Я уже смирилась, что твоя прошлая семейная жизнь под замками, и мне туда доступа нет. Что ж, будем пробовать с тобой жить методами проб и ошибок, надеюсь не наступлю на те же грабли, что и Милана, когда ты решил пойти налево и развестись.
— Ты есть хочешь? — ощущение, что налетела на бетонную стену. Я смотрю на Давида, он сруливает с трассы, заезжая на заправочную станцию, при котором есть кафе. Судя по серьёзному лицу мужа, вопрос задан для вида. Мы выходим, в кафе заказываем кофе и латте, ещё вкусный на вид и запах куриный пирог.
Сняв пальто, садимся за столик в углу, подальше от проходящих людей. Давид крутит в руке бумажный стаканчик, наблюдая, как я разъединяю куски нарезанный пирог.
— Я об этом ни с кем не говорил, — голос тихий, слова ещё не подобраны и видно, что нервничает. Без понятия, о чем он сейчас, но понимающе киваю головой.
— Даже с бабушкой? У тебя с ней доверительные отношения.
— Бабушка только догадывается. Чтобы ты понимала, почему я так поступил, а не иначе, ты должна понимать, что девушка на Кавказе — это скромность, уважение к старшим, к родителям, к мужу, это всегда покорность и послушанье.
— Ужас, — молчать не мой конёк, нужно хоть слово сказать.
— Милану я знал, рядом жили.
— Ты её не любил?
— Я ей симпатизировал, но она мне не была интересна для женитьбы, поэтому не следил за ее жизнью. Отец решил, что я слишком многое на себя беру в плане проф деятельности, решил приложить руку хоть в личной жизни.
— А ты не протестовал.
— Я не думал о семье, у меня только начинало что-то получаться в бизнесе. Только у бабушки спросил ее мнение по поводу невесты. Она меня предупредила, что жениться на той, которая любит другого, не самый лучший вариант, — смотрит на дно стакана, я не сдерживаюсь и кладу свою руку на его.
— Во всяком случае, у вас замечательная малышка, это самое лучше, что у вас может быть, — немного лукавлю.
