Горелый магистр витает в воздухе Мюнхена, где время останавливается во всем городе. В этот момент над городом взлетает самолет с экипажем Франца Штрауса, а он наблюдает за покидавшими рейс пассажирами — старый ветеран, готовящийся к последнему полету перед бесконечной тишиной....
— Нарисовал конструкт поглощения, — Пояснила Катя, — и начал вливать силу. Долго вливал. Секунд двадцать. И я сижу как дура, смотрю на этот ужас. Резерв у него никакой, но вот восполнение такое, что я бы не отказалась. В общем влил он туда примерно пятьсот эрговатт. Меня чуть не приморозило там. Ну и висит эта хрень в воздухе, а Мечников и спрашивает: — А что мол с ней делать — то? В общем кое-как спихнули мы это чудо в воду. К радости всей лагерной детворы, которая бегает любуется настоящим айсбергом, выброшенным на берег.
— Айсберг? — Не поверил Мезенцев.
— Ну, так. — Екатерина пошевелила в воздухе пальцами. — Льдинка метр в высоту, и метра три в диаметре.
Воспитатель прикинул в уме расход силы на заморозку такого количества воды и кивнул.
— Ну, да. Не меньше четырёхсот эрг. А как остальные?
— Остальные, пока вон, учатся шарик выдавливать. — Девушка небрежно взмахнула рукой. — Ничего серьёзного. Ну вот только если девочки — близняшки. У тех вроде тоже быстро начало получаться.
— Ясно. — Дмитрий Сергеевич энергично кивнул. — Сама с Мечниковым справишься?
— Это ещё кто с кем справится. — Катя вздохнула. — Взгляд у него… мужской такой взгляд. А когда с террасы спускались, он впереди шёл, а я сзади. Я поскользнулась, и он развернулся и поддержал за локоть. Аккуратно так, но крепко. И рука у него проехалась у меня по груди. Ну мальчишки же очень остро на такое реагируют. А у него лицо вообще не дрогнуло.
— Ну не Верку же с Ольгой к нему приставлять.
— Спокойный, уверенный, вообще какой-то очень взрослый внутренне. Словно не пацан, а мужчина лет сорока, да ещё и с прошлым.
— Ну прошлое-то у него есть. — Воспитатель, встал, и подойдя к дверям плотно закрыл их. — Мне тут шепнули, что папа и мама брали пацана в командировки… А мама у него между прочим некая Алая Тень. Помнишь был шум, когда группа ордена сложилась в бою с бандой некров? Там и она погибла, и муж её.
— Да никак. — Катерина покачала головой.
