Пустыми глазами провожу взгляд на прохожих, они едва заметны в густом морозном тумане. Мое место здесь — в этом светлым и праздничным холле, где ожидают только моей тети. Но долгие часы без неё стали скучными: уходящих людей становится все меньше, а она всё так же пропадает из виду, будто прячется от меня....
Подхожу к перилам, смотрю вниз. На кухне горит свет. А что грохотало?
Влекомая любопытством, крадусь по лестнице вниз, потом заглядываю на кухню, а там шеф. Тоже, оказыыается, не спит. Пьет сидит в одно лицо. Морально начальника Рыжик поддерживает.
Нет, ну а что громыхало-то?
Обаедя азглядом кухню, заметила на полу возле стены осколки хрусталя. Бокал, что ли, разбился? Лев расстроился, что с ним Рыж не пьет, и грохнул бокал об стену?
Пусть сами между собой разбираются.
Нырнула обратно в темноту, но меня остановил голос Льва.
- Алена, подойди.
А я теперь приказы не слушаю. Имею полное право.
- Алена!
С неохотой захожу на кухню беру Рыжика на колени и сажусь напротив начальника. Ну что тебе надо от меня? Уже ведь все получил.
Лев окинул меня тяжелым взглядом.
- Какие планы, Алена?
Пожимаю плечами.
- Уходить.
Правда, неизвестно когда. Гордо хлопнуть дверью с утра не получится.
- И увольняться собираешься?"
"В горле застрял комок, поэтому только кивнула.
- Зачем? Ты можешь продолжать работать, тебя никто не увольняет, даже если ты не хочешь со мной жить.
Работать бок о бок со Львом дальше? Ну такое себе решение.
Отрицательно качаю головой.
Лев прищурился нехорошо так.
- Тебе в любом случае нужно будет отработать две недели.
Почему у меня такое чувство, что самая обиженная сторона тут не я?
- Угу, - буркнула мрачно. Настроения общаться нет. Ну и за эти две недели мне ведь заплатят. Да, когда вопрос о деньгах стоит так остро, о гордости приходится забывать.
- Ты можешь остаться здесь. Тебя никто не гонит уходить прямо сейчас. Уйдешь, как будешь готова.
- Что, и услуги постельной грелки не надо будет оказывать?
- Оставаться без каких-либо условий. Я тебе настолько не нравлюсь?
- Доброй ночи.
Пересадила Рыжика на соседний стул, встаю и обхожу стол, чтобы идти наверх, но Лев неожиданно ловит за руку. Резкий рывок и я оказываюсь сидящей у него на коленях.
- Что вы делаете?
- Договором ведь я уже не связан, ты собираешься утром уйти.
- Пустите.
По коже побежали мурашки. Стало страшно.
- Нет. Будешь кричать? Люблю твой голос. Особенно стоны.
Рука, вне моего контроля, сама метнулась дать пощечину. Лев руку перехватил и крепко обнял, так, что, кажется, косточки сейчас начнут трещать.
Чувствую, как Лев касается моей макушки. Несколько раз рванулась из ловушки львиных лап, но ничего не вышло.
Лев ничего больше не делает, но и не отпускает. Тае и сидим.
