- Ага, странно все, - подтвердила, жмурящаяся от его теплого дыхания, Вера.
- Давай, что бы ни случилось, прежде всего говорить друг с другом, а потом принимать решения?
- Ладно. Разговариваю и спрашиваю в первую очередь у тебя. А ты - у меня.
Он помолчал и продолжил.
- Цветы, оказывается, так и не отослали. Ева услышала бурчание мамы и неправильно его истолковала, пожелания приняла за распоряжение. Только не может объяснить откуда взялся «ответ от тебя».
Ей было непрятно слышать, что Елена Анатольевна не в восторге от ее кандидатуры, но чему тут удивляться.
Накрутила она сама тогда изрядно.
- А что с моим письмом?
Он отстранился и спросил:
- Я себе слово дал не подключать безопасников к расследованиям по семье и личной жизни. Не хочу чувствовать себя параноиком, следящим за родными и любимой. Но, если хочешь, с твоего разрешения, подниму все коммуникации того времени.
Вера подтянула за пояс его к себе и поуютнее устроила голову на его широкой груди, идти никуда не хотелось.
- Это же произошло на твоей работе? Значит совсем личным не считается.
Найдешь, кто ответил на мое письмо, дай в его глаза посмотреть, – попросила она, - Но что-то мне подсказывает, что это опять будет Ева. Влюбленные девушки становятся редкостными дурочками. Уволишь ее?
- Уволю, - вздохнул он, - Знаешь, я раньше не любил увольнять, как по живому резал. А потом привык, это часть бизнеса. Нельзя рядом держать человека, который предает, даже из самых романтичных или добрых соображений.
Они взялись за руки и опять пошли в сторону замка.
--------
Елена коршуном носилась по номеру.
- Миша, что-то здесь не так. Давно было, а я эти цветы в приемной как сейчас помню. Почему они стояли там, а не были отправлены сразу? Сейчас можно по интернету все фотографии посмотреть, слова письмом передать, и компания все сама отправит. Но нет, цветы привезли в офис, как доказательство того, что они будут отправлены, так?
- Лапусик, ты чего дрифтишь (1) как сумасшедшая? Ну было и было, у меня знаешь сколько букетов до тебя не дошли? Вечно у кого-то дни рождения, и секретари переадресовывали.
Еле успевали снимать таблички «Для любимой прелестницы».
- А ты, бессовестная морда, - с любовью сказала Елена, - мои цветы и каким-то левым бабам.
- Это просто бизнес, милая, ничего личного. Мужикам тоже доставалось, – нагло заявил муж, пытаясь подтащить ее к кровати за схваченную ножку.
- Ты меня с мысли не сбивай, подожди, сейчас сама приду. Я понять не могу, почему это всплыло сейчас.
